Пылающий берег

– Ты заслужил десять процентов комиссионных, Биггс.

– Благослови вас Господь, сэр. – Две купюры, как по волшебству, исчезли в кармане Биггса.

– Ладно, Биггс. Что еще тут есть?

– Четыре таблетки аспирина, подарок от лорда Киллигеррана.

– А сам он, конечно, летает?

Майкл с благодарностью проглотил таблетки.

– Конечно, сэр. Они вылетели на рассвете.

– А кто его ведомый?

– Мистер Баннер, сэр.

– Новичок, – горестно пробормотал Майкл.

– С лордом Эндрю все будет в порядке, не беспокойтесь, сэр.

– Да, разумеется, будет… а это что такое?

Майкл приподнялся.

– Ключи от мотоцикла лорда Киллигеррана, сэр. Он говорит, чтобы вы передали его поклоны – какими бы они ни были, сэр, – и его бесконечное восхищение юной леди.

– Биггс…

Аспирин сотворил чудо, Майкл внезапно почувствовал себя легким, беспечным и веселым. Раны больше не мешали ему, голова уже не болела.

– Биггс, – повторил он, – как ты думаешь, ты сможешь достать мою парадную форму, начистить пряжки и вылизать до блеска ботинки?

Биггс нежно усмехнулся:

– Собираемся с визитом, да, сэр?

– Именно так, Биггс, именно так.

Сантэн проснулась в темноте и прислушалась к орудиям. Они пугали ее. Она знала, что ей никогда не привыкнуть к этому дьявольскому бесчеловечному грохоту, так обезличенно приносящему смерть и невыразимые увечья, и она вспоминала конец лета предыдущего года, тот короткий период, когда немецкие батареи находились на расстоянии выстрела от их особняка. Тогда им пришлось оставить верхние этажи большого дома и перебраться под лестницу.

Все течение ее жизни трагически изменилось с тех пор, как ураган войны пронесся над ними. И хотя они никогда не вели столь же роскошную жизнь, как другие знатные семьи их провинции, однако они устраивали ужины и приемы, их обслуживали два десятка слуг. Но теперь их существование стало почти таким же простым, как жизнь их прислуги до войны.

Сантэн отбросила дурные предчувствия вместе с одеялом и пробежала босиком по узкому коридору с каменным полом. В кухне Анна уже стояла у плиты, подбрасывая в топку дубовые щепки.

– Я уже собиралась пойти к тебе с кувшином холодной воды, – ворчливо произнесла она.

Сантэн обняла ее и поцеловала, и Анна улыбнулась; затем Сантэн стала греться перед плитой.

Анна налила горячей воды в медный таз на полу, добавила холодной.