Охота за слоновой костью

Думаю, вы преувеличиваете серьезность ситуации…

– Думайте, что хотите, – решительно перебил Дэниэл. – Я возвращаюсь в Чивеве.

И он отошел от открытого окна «мерседеса».

– Доктор Армстронг, – крикнул ему вслед Чэнгун, – поглядите на эти тучи. Застрянете на несколько недель.

– Готов рискнуть, – ответил Дэниэл, а про себя подумал: «Почему он так настойчив?». Что-то здесь нечисто.

Он быстро вернулся к «лендкрузеру». Проходя мимо грузовиков, он заметил, что лесничие не вышли из шоферских кабин.

– Ну ладно, Гомо, – сказал он, – отгони грузовик, чтобы я мог проехать.

Ни слова не ответив, лесничий повиновался. Потом мимо прогрохотал второй грузовик, и наконец с Дэниэлом поравнялся посольский «мерседес». Дэниэл, прощаясь поднял руку.

Чэнгун едва взглянул на него, но ответил на жест, прежде чем последовать за грузовиками к повороту на Мана.

– Что сказал китаец? – спросил Джок, когда Дэниэл развернулся и начал преодолевать крутой склон.

– Что, когда он уезжал час назад, в Чивеве все было спокойно, – ответил Дэниэл.

– Хорошо.

Джок порылся в холодильнике и извлек жестянку с пивом. Предложил ее Дэниэлу, но тот покачал головой, сосредоточившись на дороге впереди. Тогда Джок открыл банку, сделал глоток и довольно рыгнул.

Начало темнеть и несколько тяжелых капель упали на ветровое стекло, но Дэниэл не сбавлял скорость. Уже в полной темноте он добрался до вершины откоса.

Дождь в свете фар падал серебряными стрелами, капли взрывались на стекле и лавиной катились вниз, так что дворники не успевали их сметать.

Вскоре в закрытой кабине стало сыро и душно, и ветровое стекло запотело. Дэниэл наклонился вперед, пытаясь протереть стекло; ничего не получилось, он сдался и чуть приоткрыл окно, впуская свежий ночной воздух.

Джок сразу учуял, почему.

– Дым! – воскликнул он. – Далеко мы от лагеря?

– Почти приехали, – ответил Дэниэл. – Сразу за следующим кряжем.

Запах дыма стал слабее. Дэниэл подумал, что дымить могут кухонные костры в поселке слуг.

Прямо впереди из темноты показались главные ворота лагеря. На каждый из выбеленных столбов водрузили побелевшие черепа слонов.