Глаз тигра. Не буди дьявола

И тут мои надежды оправдались. Уолли выпустил меня и прыгнул вперед с криком:

– Нет! Только не это!

Навис над худеньким сжавшимся Дейли, выбросил вперед тяжелую коричневую руку и не дал инспектору достать пистолет.

– С дороги! Это приказ! – крикнул Дейли, но Уолли отцепил ланьярд от рукоятки, разоружил шефа и попятился с пистолетом в руке.

– Я тебя в порошок сотру! – рычал Дейли. – Ты обязан…

– Я знаю, чем и кому я обязан, инспектор, – сказал со скромным достоинством Уолли, – и в мои обязанности не входит убийство заключенных.

– Ты что, преступника отпускаешь?! – охнул Дейли. – Нет, я тебя и правда в порошок сотру!

– Никакого ордера я не видел, – отрезал Уолли. – Как только президент подпишет ордер, мы тут же приведем мистера Гарри обратно в форт.

– Ах ты, черная скотина! – выдохнул Дейли, а Уолли повернулся ко мне и сказал:

– Ступайте. Живо!

Путь до хижины был неблизкий, и каждая колдобина лупила меня в больную грудь.

Я человек доверчивый, но не настолько, чтобы думать, что инспектор Дейли больше не попробует меня допросить. Оправившись от пинка в репродуктивные органы, он непременно сделает новую попытку подключить меня к системе освещения. Я задумался, действует ли он самолично или же объединился с некими партнерами, и пришел к выводу, что он один и попросту не желает упустить нечаянную возможность.

Оставив пикап во дворе, я прошел к веранде и поднялся в дом. Пока меня не было, миссис Чабби прибралась и подмела пол. На обеденном столе стояла банка из-под варенья, полная свежесрезанных цветов. Что важнее, в холодильнике обнаружились яйца, масло и бекон, а в хлебнице – свежий хлеб.

Я сорвал окровавленную рубашку и размотал бинты. Стек оставил у меня на груди вздутые рубцы, а раны превратились в неприглядное месиво.

Я принял душ, приладил свежую повязку, встал голый у плиты и набил полную сковородку яиц, потом набросал в нее бекона и, пока все это готовилось, налил себе самого выдержанного виски и принял его, словно лечебную микстуру.

После еды хотел залезть под простыню, но слишком устал, поэтому рухнул поперек кровати и задумался, хватит ли у меня сил, чтобы провести ночной заплыв по расписанию.