Ассегай

Тогда мы повернули и пошли в Ниомби.

– Как вам и было приказано?

– Так точно, сэр.

– Сержант Маниоро подтвердить вашу версию, конечно, не в состоянии, так что мне остается только поверить вам на слово, – продолжал Снелл.

– Так точно, сэр!

– Итак, – майор заглянул в бумажки, – вы повернули наконец к Ниомби.

– Так точно, сэр!

– И что же вы обнаружили? Что за время ваших блужданий миссия подверглась разграблению, а миссионер и его семья убиты. А потом поняли, что и сами попали в ловушку. И как вы поступили? Поджали трусливо хвост и сбежали, оставив своих людей без командования, изменив воинскому долгу.

– Не было этого, сэр! – не удержавшись, гневно воскликнул Леон.

– А ваша несдержанность, лейтенант, есть прямое нарушение субординации.

Хорошие слова – «нарушение субординации». Снелл покатал их на языке, как глоток доброго кларета.

– Извините, сэр. Я не хотел.

– Тем не менее что есть, то есть. Итак, вы не согласны с моей оценкой событий в Ниомби. У вас есть свидетели, которые могли бы подтвердить вашу версию событий?

– Так точно, сэр.

Сержант Маниоро.

– Конечно. Как я мог забыть, что, бросив своих людей в Ниомби, вы унесли на спине этого самого сержанта, обогнали целую армию мятежников и доставили его на подконтрольные масаи территории. – Снелл плотоядно усмехнулся. – При этом следует отметить, что унесли вы его в противоположном Найроби направлении, а потом еще и оставили у матери. У матери! Надо же! – Он хмыкнул. – Как трогательно! – Майор раскурил трубку, попыхтел.

 – Прибывшее в Ниомби через много дней после учиненного нанди побоища подкрепление нашло ваших людей в таком состоянии, что опознать их было невозможно. Те, кому не отрезали голову, пострадали от стервятников и гиен. Думаю, там же, среди трупов, остался и ваш сержант. С ними, а не со своей матерью, как вы утверждаете. Я также думаю, что, дезертировав с поля боя, вы скрывались в лесу, а сюда явились, когда осмелели, сочинили эту историю и набрались наглости предложить ее мне.

– Никак нет, сэр.

Леон дрожал от гнева, костяшки сжатых в кулаки пальцев побелели, и ему с трудом удавалось держаться по стойке смирно.

– С первого дня пребывания в батальоне вы открыто пренебрегали воинской дисциплиной и демонстрировали неуважение к власти. Куда больше, чем обязанности младшего офицера, вас интересовали легкомысленные забавы вроде поло и охоты. Ясно, что исполнять вышеуказанные обязанности вы считаете ниже своего достоинства.