Самоучитель авантюриста: как успешно смыться

Джоселин быстро провела девочек вниз (да и как иначе, ведь угол наклона предполагал исключительно быстрый спуск). Вновь ступив на твердую землю, они миновали массивную постройку вроде склада и спустились по крутым извилистым тропам и вьющимся лестницам к академии. Здания по большей части были одноэтажные, каждое – с мягко изогнутой остроконечной крышей, часть которой нависала над верандой.

Проходя мимо одной из немногих двухэтажных построек, Джоселин сообщила:

– Это главный корпус администрации. Обычно всех новичков сначала приводят сюда для регистрации, но с учетом ваших особенных обстоятельств вас уже ждет…

– Профессор Дейзивил.

Произнесший это человек стоял в дверях администрации. Темные вьющиеся волосы были чуть схвачены сединой, на светлой коже – равномерный загар, на лице – ровно необходимое количество веснушек. На нем были отутюженные серые брюки, туника угольного оттенка и черная как ночь накидка, перекинутая через плечо. Любопытно, что на другом плече сидел ворон. Он не мигая таращился на Анну.

– Ой-ой, – пробормотала Джоселин и подтолкнула Пенелопу и Анну вперед по направлению к человеку. – Министр, какое неожиданное удовольствие повстречать вас здесь, – проговорила она с натужной веселостью.

Мужчина улыбнулся улыбкой человека, которому решительно нет дела до улыбок, который считает улыбки досадным недоразумением и чьи лицевые мускулы за недостатком практики совершенно забыли, что от них требуется в подобном случае.

– Я жду здесь уже больше часа, профессор, – сказал он.

– Прошу прощения. Я и подумать не могла, что вы прибудете лично, – Джоселин обернулась к Анне и Пенелопе. – Это лорд Грейстоун из Чародейского совета. Он действующий министр квестов, в его ведении находится все, что связано с квестами и академиями. – Она вновь обратилась к Грейстоуну. – И раз уж об этом зашла речь, министр, познакомьтесь с нашим новым Хранителем – Анной.

Грейстоун ответил ей удивленным взглядом:

– Хранитель? В вашей докладной говорилось только о новых студентах.

– Ей тринадцать, она уже не совсем ребенок. К тому же вам прекрасно известно, что возрастных ограничений нет. Она была первой, кто надел рукавицу, и между ними установилась связь, делающая ее Хранителем. Правила на этот счет предельно ясны.

– Кто такой Хранитель? – спросила Пенелопа.

– Так мы называем тех, кто носит рукавицы, дорогуша, – объяснила Джоселин.