Невеста папы принца

Но дядя заключил договор таким образом, что саму дату празднования мы определим лишь после того, как мне стукнет шестнадцать. Лично меня такое положение вещей устраивало, ведь нам с женихом дается время чтобы узнать друг друга поближе. Вопреки всем надеждам, в последний раз, Арата я видела в день обручения.

Несмотря на то, что мы не встречались, жених присылал мне подарки на все праздники. В свой первый день рождение, я получила серьги. Маленькие, аккуратные тоненькие ниточки, на концах которых свисали, в виде капли, сапфировые камни.

Матушка тут же забрала их, и спрятала. Лорд Логи, приобрел привычку шарить в наших личных вещах.

– Есть у меня подозрение, – твердил он, – что вы меня обворовываете.

А все это потому, что мы сыграли, по его словам, слишком дорогую помолвку. Справедливости ради, он был прав. По всем признакам, у нас даже на кусок хлеба не должно быть денег. Обручение же, прошло на самом высоком уровне. С тремя сменами блюд, огромным тортом, вином, льющимся рекой, и фруктами, которых ранее никому не доводилось пробовать.

Но все это организовал дядя Эдвин. Отец тогда, долго с ним препирался, хотел вернуть часть денег, но дядя не позволил.

– Когда-нибудь, мы с тобой вспомним о тяжелых временах, за прекрасной бутылочкой крепкого алкоголя, но не сегодня.

Вот и все, что он нам сказал, когда папа спросил откуда такие деньги, и кого ему пришлось за них ограбить.

На первое рождество, члены семейства Лунгри, не смогли посетить наш дом, в силу отсутствия главного виновника, то есть, моего будущего супруга.

Но свой подарок, в виде прекрасной подвески, которая, видимо должна была быть в комплекте с серьгами, я получила. Маленькая сапфировая капля, на тонкой серебряной нитке была бесподобна. К сожалению, вручил мне ее…Рич.

– Ужасное платье! – сообщила эта сволочь, стоило нам остаться наедине.

Появилось острое желание пырнуть негодяя ножиком для вскрытия писем. Хорошо, что последний год, я усердно училась, сдерживать свои чувства. В конце концов, теперь, все что я сделаю, может сказаться на моем женихе и моей семье.

Поэтому я прилагала все усилия, чтобы быть глухой и слепой дурой.

– Правда? – удивленно уставилась на свою грудь. – А мне сказали, что это последний писк моды.

– Тебе соврали! – ухмыльнулся собеседник, и откинулся в папином кресле.

У нас не было отдельной гостевой, где я, и вестник моего будущего мужа, смогли бы поговорить наедине, чтобы он поведал мне о “пылких” чувствах суженого.