Все наладится… Любовь не картошка

– Сейчас придет наш автобус, – он удовлетворенно посмотрел на часы, – и примерно, через полчаса будем на месте.

Поездка на автобусе не принесла Дмитрию никаких новых впечатлений, хоть он и, не отрываясь, смотрел в окно на пробегавшие мимо дома и улицы. В родной Перми можно было встретить нечто подобное. Тем более, что некоторые переулки выглядели точь-в-точь, как в крупнейшем городе Западного Урала.

Только ряд остановок заставил молодого человека криво усмехнуться: четыре или пять остановок носили название «Проезд Марьиной Рощи» с добавлением порядкового номера.

– Вот и приехали, – Иван Николаевич спешно подхватил тяжелый чемодан и вышел на свежий воздух.

Воздух и впрямь был свежим. Дмитрий недоуменно огляделся. Улица выглядела непривычно зеленой. Высокие, стройные тополя торжественно выстроились вдоль широкого сквера, тянувшегося между одинаковыми приземистыми домами.

– Нам сюда, – Иван Николаевич решительно показал на один из домов, на котором размашистыми буквами было написано: «КОРАБЛЬ-МЕРЗАВЕЦ».

Дмитрий повертел головой, надеясь разглядеть, есть ли какие-нибудь надписи на других домах, но отец уже скрылся за обшарпанной дверью подъезда, и юноша поспешил за ним. Бетонные, с выбоинами, ступени вели гостей столицы мимо облупившихся стен, когда-то выкрашенных ядовито-зеленой краской на самый последний этаж.

Светловолосый полноватый мужчина с такой поспешностью открыл двери, словно долго ожидал гостей, прислушиваясь к каждому шороху на лестнице.

– Здравствуй, Ваня, – он протянул Ивану Николаевичу широкую ладонь.

– Знакомься, Витя, – Иван Николаевич подтолкнул Дмитрия вперед, – это мой сын.

– Виктор Петрович, – широко улыбнулся мужчина.

– Дмитрий Иванович, – в тон ему отозвался Дмитрий, протягивая ладонь для рукопожатия.

– Как Донской, – Виктор Петрович несколько задержал руку юноши в своей широкой ладони.

– Ну, а с Надюшей ты уже знаком…

Виктор Петрович по-старомодному поклонился и поцеловал руку Надежде Вячеславовне – маме Дмитрия.

– Ну, а теперь проходите, гости дорогие, – широкий размашистый жест жителя Москвы явно говорил о его гостеприимстве.

Дмитрий шагнул в комнату и остановился, словно наткнулся на непреодолимую преграду. Из-за двери в соседнюю комнату показалась прекрасная девушка. Первым делом обращала на себя внимание длинная, чуть не до середины бедер, толстая русая коса. Такой косы юноше еще не приходилось встречать.