Потеряв меня, ты падёшь

В этот момент ладонь превратилась в кулак, и я со всей силы врезал по стеклянной стене, оставив на ее поверхности кровавый след от разбитых костяшек пальцев.

Я не ждал ни от кого звонка и брать трубку уж точно не собирался, но телефон не унимался на протяжении нескольких минут, продолжая звенеть и раздражать меня еще сильнее. Рванув в спальню, я был готов раздолбать этот кусок пластика об стену, но стоило мне подойти к прикроватной тумбе, как звон прекратился.

На дисплее смартфона высветилось десять пропущенных звонков от одного неизвестного номера, который я видел впервые.

Отбросив телефон на кровать, двинулся обратно в гостиную, но в дверях меня что-то задержало, какое-то странное чувство, ранее мне неведомое.

Я подошел снова к кровати и схватил телефон, набирая неизвестный номер. Гудки шли, но никто не поднимал трубку, словно в отместку за то, что я проигнорировал все звонки. И как только собрался отклонить вызов, в динамике раздался женский голос на фоне оглушительной музыки:

– Алло, слушаю.

– Кто ты?

– Что? Ничего не слышно, говорите громче, я на концерте! – прокричала девица.

– Зачем ты мне звонила? – повысив голос, произнес в ответ, еле сдерживая в себе раздражение.

Девушка замолчала, и были слышны только крики толпы. Но через пару секунд она вновь подала голос:

– Звонила не я. Одна девушка попросила у меня телефон, чтобы связаться с кем-то, и, видимо, это кто-то – вы.

– Что за девушка?

– Ну, выглядела она странно. Молоденькая блондинка в голубом платье явно ошиблась клубом.

Я сразу же сбросил вызов и набрал сестру. Кроме нее, мне никто бы не стал звонить, но и она раньше никогда не звонила, хотя находилась в России уже несколько недель. Она каким-то чудом умудрилась уговорить мать, чтобы та отпустила ее на обучение в московский театральный институт, но при этом сестре было запрещено общение со мной и отцом.

Но Джульетта оказалось бунтаркой. Ей в первую очередь хотелось увидеть отца, а поступление в вуз стало поводом для переезда в Москву.

Я видел ее всего один раз, вернувшись из командировки месяц назад. Мы собрались втроем у отца, и в тот день я впервые с ней познакомился. Прошло уже четырнадцать лет после нашей последней встречи, когда ей было всего три года. Можно сказать, что я заново обрел сестру. Она была моей полной противоположностью, но глаза нас объединяли: такие же зеленые, как и у нашего отца.

Я уже потерял счет, сколько раз набирал номер Джульетты, гудки шли, но она не отвечала.