Реарити. Начало

Ему совсем не хотелось, чтобы тех раздавила электричка. Рёта поманил сначала ее. Она была голодна, и, не задумываясь, последовала за ним. Доверяла. Котята выстроились в ряд и пошли послушно за мамой. Очутившись дома, он взял из холодильника рыбу и, вытащив косточки, дал кошке. Котятам досталось вкусное молоко. Он был очень рад такой находке. Абсолютно рыжие, с подпалиной на ушах.

– Вот в чём заключается рыжее счастье, – Рёта сделал однозначный вывод.

Но счастье оказалось таким недолгим. Вернулся отец и, переворачивая стол, матрасы и игрушки Рёты, хотел заткнуть мяукающих уродцев, как он обозвал их, мешающих отдыху.

Выловил всех. Маму и трёх котят. По очереди закинул в мешок. Исцарапанный и покусанный до крови, он не чувствовал боли… Не только своей, но Рёты и животных.

***

– Я кричал на него до потери пульса, пытался помешать. Он не слышал меня. Я бежал за ним до самой пристани. Он хотел избавиться от них прямо там.

«Если кинет в воду, их же перемолотит, попади они в лопасть винта какой-нибудь рыбацкой шхуны…»

Но он передумал… Я понял его замысел и хотел не допустить этого.

Выбрал момент, однако был опережен в своих действиях. Отец оттолкнул меня. Я упал и ощутимо ударился. Но не сдался. Я вцепился в его ногу и здесь он был бессилен. Моя хватка оказалась мертвецкой.

Очутившись с ним на шхуне… испугался. Испугался, как тогда, когда потерял маму. Испугался вдвойне… Гнева отца и чувства страха перед… страхом.

«Что, если сейчас не смогу ничего сделать?!»

Я задал себе тогда этот вопрос.

Задаю по-прежнему. «А вдруг в нужный момент отступлю?!»

Корма дрожала от работы винта. Мы вышли в море… Шхуна качалась на волнах. Вокруг бушевала водная стихия. Надвигалась самая настоящая буря… Суда возвращались в порт, маяк посылал вспышки-ориентиры. А наше судно, между тем, уходило всё дальше. Дальше и дальше… Судно оказалось в запрещенной зоне. В районе, где нельзя заниматься рыбной ловлей. Береговые службы дали предупреждающий сигнал, но отец не отреагировал… Были запущенны световые ракеты.

– Будут стрелять! – крикнул я. Но сильный ветер унёс мои слова очень далеко. Кошки издавали истошные вопли, по-прежнему находясь в плену. Неожиданно отец опустил мешок на палубу и двинулся на меня. Такого хода я не предвидел. Он ничего не говорил, просто шёл в мою сторону. Его глаза казались черней, чем вода за бортом. Он оторвал меня от пола и, подняв над головой, выкинул в водную пучину. Я не успел опомниться…. Вода скрыла мою макушку.