Королева ульев

До чего же неловко знать все мысли Лунии о себе, Вихре, Тушкане… И чем дольше скрываешь эту свою способность, тем неприятнее! Будь в запасе лишний небесный камушек, можно было бы как-нибудь ей подсунуть, чтобы заглушить бурный поток грандиозных планов, но амулетов больше не осталось, а тогда что толку признаваться?

И всё-таки надо, подслушивать неприлично.

Луна горько вздохнула.

«Вот она, сидит и смотрит в будущее прямо сейчас!» – прозвучало вдруг в голове ясно и громко.

Поморщившись, ночная обернулась к гостье, которая бежала к ней по пляжу неуклюжими скачками.

Трудно идти, когда сыпучий песок то и дело норовит уйти из-под лап, а побитое ураганом крыло пока не позволяет лететь. Отчасти это были мысли самой Лунии. Не так просто разобраться, где чьи, когда думаешь об одном и том же, и вообще от неё почему-то отвлечься труднее, чем когда слушаешь других драконов.

– Что ты делаешь тут одна? – спросила гостья, плюхаясь рядом в поднятой туче песка.

– Люблю смотреть на луны… – Луна вдруг рассмеялась.

 – За это меня и назвали Луновзорой – это полное имя.

– А моё тоже значило «луна», так у нас на Пантале говорили в старину… – Гостья выкопала перед собой в песке ямку и выпустила туда светящееся волоконце огнешёлка. От него исходило приятное тепло. – А теперь лунией называют бабочку похожего цвета.

– Как интересно… – Луна улыбнулась. Почти тёзки, легче будет подружиться, а то уж больно раздражает своими восторгами. – Теперь вы говорите совсем как мы. Почему?

– Не знаю, – пожала крыльями Луния.

 – Наверное, Ясновидица научила.

– Она изменила ваш язык?

– Думаю, да. Кажется, нам даже рассказывали историю об этом.

Вот почему драконы Пиррии и Панталы так легко понимают друг друга! Однако разве не проще было Ясновидице самой выучить их старый язык? Может быть, она предвидела, что нам в будущем придётся общаться… или только надеялась?

– У тебя видение? – с надеждой спросила Луния, видя её остановившийся взгляд.

– Нет! – невольно фыркнула ночная.

 – Пока нет, извини.

Крылья гостьи печально обвисли, пачкаясь в песке. Подобрав морскую раковину, она повертела её в когтях, пристально рассматривая и словно сдерживая слёзы.

– Извини, Луния, – снова вздохнула Луна. – Я не знаю, как вернуть тебя домой. В моих видениях ничего такого не было.

– Я так переживаю за своего младшего братца… – Четырёхкрылая бросила ракушку в морские волны. – А ещё за Мечехвоста – он там небось с ума сходит из-за меня.