Затерянные земли

 – Обслужи их немедленно!

Заметив торжествующую улыбку сестры, дракончик пихнул её хвостом.

– Уважаемая принцесса! – запротестовал Хрущ. – Королевских особ в нашем заведении обслуживают в первую очередь!

– Даже если я против? – прищурилась лимонная дракониха, приподнимая гребень.

Их взгляды скрестились, и Синь понял, что положение принцессы Скарабеи в улье не так уж и высоко, если даже лавочник готов испытывать его на прочность.

Дракончик вдруг сморщил нос. В воздухе повеяло отвратительным запахом вроде тухлятины, сначала чуть заметно, потом всё сильнее и сильнее.

– Ваше высочество! – в панике воскликнул Хрущ, отшатываясь от драконихи. – Пожалуйста, не надо! Мне же придётся проветривать ячейку целый день, сюда никто больше не придёт! Пощадите, умоляю!

– Я сказала! – прошипела Скарабея. – Обслужи их прямо сейчас!

Красный дракон торопливо зашарил под прилавком, выхватил белую коробочку и кинул туда пару леденцов.

– Вот, держите! – задыхаясь от вони, бросил он драконятам.

– Сколько мы должны? – выдавила Луния, продолжая зажимать нос.

– Ничего! Только выметайтесь отсюда!

Синь взял коробочку. Сестра всё же вытащила из кошелька пару чешуек и кинула на прилавок, затем бросилась к двери.

– Спасибо! – вежливо кивнул дракончик старушке, стараясь не дышать носом, и поспешил следом.

Самой Скарабее, похоже, запах был нипочём.

– В следующий раз выбирайте место, где к шелкопрядам относятся лучше, – фыркнула она.

– Так это что, от неё такая вонь? – спросила Луния, отдышавшись.

– Говорят, некоторые ядожалы такое могут… но зачем?

– Как это, зачем? Отпугивать врагов. Вот бы мне уметь! – мечтательно ухмыльнулась сестра, пробираясь между лотками. – О луны, уж я бы так обработала того Долгоносика… Он бы и близко к нам не подошёл, не то что щупать! Здорово, да?

– Хм… очень скоро стало бы совсем не здорово, – поморщился брат. – Загремели бы в тюрьму на всю оставшуюся жизнь!

– Послушай, Синь… Разве справедливо, что у ядожалов есть столько всякого оружия против нас, а мы ничем не можем ответить?

– Глупости! – Он с тревогой оглянулся, но никто поблизости явно не слышал изменнических речей.