Украденная ночь

В течение более чем трех лет она мучилась вопросом, стоит ли рассказать Бахиру о существовании Шакира. Сначала было проще ничего не говорить – слишком сильна была боль от их разрыва и заявления Бахира никогда не иметь детей. Она и решила: не стоит рассказывать Бахиру о существовании ребенка. К тому же он заявил ей, будто больше никогда не хочет ее видеть.

Когда появилась на свет Хана, ей было о чем подумать, и вопрос с Бахиром она легко проигнорировала. Мать-одиночка двоих детей… Так зачем все усложнять с отцом одного из них?

Но в последнее время, наблюдая, как ее сын превратился из младенца в мальчика, у нее появился серьезный повод задуматься, чего бы хотел сам Шакир.

Она проглотила ком опасений, застрявший в ее пересохшем, как пустыня, горле. Может быть, ради Шакира она должна все рассказать?

«Боже, пожалуйста, пусть это будет не напрасно».

Марина улыбнулась приветствовавшей ее бортпроводнице. Зайдя в прохладный салон, она увидела Бахира, стоявшего к ней спиной около стеллажа с журналами.

Как ей хотелось быть такой же равнодушной! Но при одном взгляде на него ее сердце замирало, по коже бежали мурашки. Она кляла свое тело за такую реакцию, но не могла отвести взгляда. Черт побери! Когда же она сможет смотреть на него и не думать о сексе? Бахир каким-то магическим образом вызывал в ее памяти воспоминания о скомканных простынях, сплетенных телах и жарких ночах, наполненных грехом…

Он обернулся, когда бортпроводница вела ее по проходу к креслу.

– Бахир, – произнесла она в знак приветствия.

– Принцесса, – отрывисто сказал он, поклонившись, и продолжил рассматривать журналы.

Удивительно, что ему удалось выдавить из себя хоть одно слово, – его челюсти были настолько крепко сжаты, что казалось, они не разожмутся никогда.

Бортпроводница весело болтала, пока усаживала Марину в ее широкое кожаное кресло, но Марина не слышала ни слова.

Она была полностью поглощена ошеломившей ее реакцией Бахира.

Ах, вот что она получит? Игру в молчанку? Было понятно, что Бахир был возмущен ее присутствием, точно так же, как и она – его. Также было ясно: он не в настроении даже для кратких разговоров.

Что ее полностью устраивало. До тех пор, пока она не найдет подходящие слова, чтобы сообщить ему: он – отец.