Счастье по ошибке

В мире на все есть своя цена и за все нужно платить! Он не торопил ее, а лишь молча наблюдал за тем, как она крутит в руках пустой бокал.

«Наверное, она прикидывает, какую сумму лучше назвать, чтобы не продешевить», – возникла у него в голове привычная мысль. Ему мешало лишь то, что Анджела выглядела как растерявшийся ребенок, которого заставляют играть во взрослые игры.

Она подняла голову и встретилась с ним взглядом.

– Очень трогательно, мистер Пирелли, но моя следующая беременность касается только меня.

Теперь ему опять не верилось, что она примет его предложение.

«Во всем виноват этот чертов диктофон, – ругал он себя. – Наверняка из-за него она столь неуступчива и сдержанна».

Но он не собирался сдаваться.

– А как ваш муж относится ко всему этому?

Не отвечая на его вопрос, женщина стала тревожно оглядываться. Сначала он решил, что она ищет официанта, чтобы он налил ей еще воды, но нет, ее стакан был полон.

Значит, ее взволновало нечто другое! Любопытно было бы узнать, что именно!

– Он… – неуверенно начала она, – он рад за меня.

– Да, но муж, наверное, расстроился, что все так получилось?

Анджела быстро облизнула губы и потянулась за стаканом, но пить не стала, а принялась нервно наклонять его из стороны в сторону, словно пыталась найти на дне его правильный ответ.

– Мы заключили договор, – наконец выпалила она.

– Какой договор?

Стакан замер у нее в руках, и она резко ответила:

– Мы с моим мужем, Шеном, заключили договор. К вам он не имеет никакого отношения.

– Вы уверены? А как насчет моего ребенка, которого вы сейчас вынашиваете?

– Послушайте, мистер Пирелли, вы хотите малыша или нет? Насколько я знаю, существует длиннющий список людей, которые хотели бы усыновить ребенка.

– Этот ребенок не подлежит усыновлению!

– Отлично! Значит, вам повезло – ребенок родится вопреки предложению, которое сделали мне в клинике.

Над столом повисло тяжелое молчание.

– Так… Что вам предложили в клинике?

Она обругала себя за то, что, поддавшись раздражению, проговорилась.

– Они посоветовали мне сделать аборт, не ставя вас в известность.

Сказать, что от этих слов Доминик изменился в лице, все равно что не сказать ничего!

Он на глазах состарился, осунулся, помрачнел, кожа на скулах натянулась, и вены на висках раздулись.