На ее условиях

Не спросив, он добавил сахар и молоко и вручил ей кружку. Девушка взяла ее, стараясь не смотреть вверх и так же старательно избегая его прикосновения. Как она вообще могла подумать, что ее безумный план может сработать?

– Ну, так что там с Фелипе?

Симона снова вспомнила, зачем пришла. Как этому мужчине удавалось заставить ее раз за разом забыть то, о чем она должна была думать в первую очередь? О надежде вызвать улыбку на лице Фелипе. Ей удалась первая часть плана. Ради деда она была готова на все. В конце концов, она вернется в Мельбурн.

Не так уж много прилагалось к бархатистому голоску. «Она похожа на беспризорницу», – думал Алесандер. Серо-голубые, слишком большие глаза на узком лице, почти слишком широкий рот, точно слишком свободная блузка для такого худого тела. Та вспышка уверенности, которая обеспечила его гостье эту встречу, похоже, растворилась бесследно. Девушка смотрела в кружку кофе, не видя ее, и казалась крошечной на большом диване. Совсем как та мышка, которую Алесандер представил, услышав нерешительный голос по интеркому.

– Вы сказали, он умирает, – напомнил он, и внезапно она подняла подбородок и снова нашла ту ноту, что вызвала его интерес:

– Доктор сказал, ему осталось месяцев шесть. Может, год. – Ее голос дрогнул на последнем слове, и Симона осторожно поставила кружку, прежде чем продолжить. – Я не верю, что он протянет так долго. – Пряди светлых волос выбились из ее хвостика, она убрала их за уши и подняла на Алесандера усталый взгляд.

В этом она была права, но Алесандер был как минимум заинтригован тем, почему она пришла за помощью именно к нему. У него были предположения, но найти у себя на пороге умоляющую внучку было по меньшей мере неожиданно.

– Почему вы думаете, что Фелипе не проживет так долго?

Она пожала плечом почти нетерпеливо, словно причина была единственно возможной и очевидной.

– Потому что он сдался.

– Из-за виноградника?

– Конечно из-за виноградника! Из-за жены и дочери тоже, но поймите, потерять еще и землю – это убивает его быстрее, чем могла бы любая болезнь.

– Я так и думал. – Алесандер остановился у окна, жалея о порыве впустить ее.

Он был до странности разочарован. Не только тем, что девушка с хрипловатым голосом оказалась похожа на большеглазую бродяжку, но и тем, что он оказался прав.