Начало новой истории

Эктори поспешно убрала блузку и юбку, медальон повесила на шею, собрала волосы.

Ход синий: Глава 11: «Вы, как всегда, прямолинейны»

Хафэр раскрыл книгу, которую он давно уже пытался дочитать, но неожиданно за спиной у него словно бы материализовавшийся Гэо, учтиво поклонившись, сообщил:

– Господин Советник просит Вас.

Хафэр ничего не ответил, всем видом показав, что он недоволен, встал и ушёл.

Гэо занял его место, огляделся, встретившись взглядом с полураздетой Эктори, вежливо отвернулся.

***

Поверх нижнего белья на неё надели панталоны – кружевные с рюшечками и ленточками, потом белую мягкую юбку и сверху несколько слоёв жёсткой объёмной сетки из тонкой, то ли лески, то ли проволоки, принялись послойно пришивать их к широкому поясу.

Модельер, выждав после ухода Хафэра несколько минут, подошёл к Эктори, наклонился к её уху, прошептал:

– Госпожа Ар, Вы извините за всё это представление, он Вас не помнит, а нас просили Вас не выдавать. Мы выражаем почтение Вашему терпению и рады, что Вы почтили нас своим присутствием.

Эктори несколько опешила, но постаралась не подавать виду. Тихо шепнула Сайме:

– Ты уверена, что появляться в кругах, где вертелась прошлая я, было хорошей идеей? Может, мне стоило забиться куда и сидеть, не шевелясь?

– Ну, ты же хотела всё вспомнить. А теперь всё? Бросаем и ныкаемся?

– Ни за что! – запротестовала Эктори. – Просто скажи, кто я, а я буду вести себя подобающе. Ты-то всё помнишь.

– Здесь ты Ар, там, в Академии – Эктори.

– Что мне это даёт? Я же их всех не помню.

– Да не парься, это нормально.

Она хотела обидеться, но отвлёк модельер, как-то очень уж внимательно её разглядывавший.

Он подшагнул, склонился, еле ощутимо коснулся плеча её левой руки, нехорошо сощурился.

Эктори смотрела во все глаза, наконец, смогла разглядеть белёсый широкий след, словно браслет, окольцовывавший руку, почти не заметный на светлой коже. Не нашла в этом ничего необычного для себя, вопросительно посмотрела на модельера.

– Так они, и правда, Вам руку оторвали, – не уточнил, а констатировал тот.

Эктори вздрогнула, но она по-прежнему не могла понять, чего тут такого.

Модельер картинно всплеснул руками, воскликнув: «Шрамы – позор! Это никуда не годится! Всё исправить!», убежал с листочком.

Одна из девушек пришивавших подъюбник, страдальчески взглянула на Эктори, пожаловалась:

– И так всегда, госпожа Ар.