Сказка о крёстном фее

Отчего бы мне не согласиться на предложение от этих трёх милых мужчин повышенной лохматости? Стоимость аренды приемлемая, но вот после того, как я всю ночь перелопачивала Крейгcлист, продираясь сквозь кучу непристойностей, эти трое милых мужчин вызывают у меня волну нервозности. Они вроде как инженеры в какой-то там компании, редко бывают дома, по уши закопаны в свои проекты. Но… Нет, всё-таки, неужели какая-либо здравомыслящая девушка может на это согласиться? Хотя в объявлении действительно было указано, что комната предпочтительнее для мужчины.

Захотелось зарычать.

– А-а-а-а!

Размахнулась и со всей силы выбросила свой блокнот, в котором делала заметки по поводу просмотренных квартир и куда вкладывала распечатанные объявления с Крейгcлиста. Я даже не посмотрела, куда кидаю свой блокнот, и, как оказалось, зря. Судя по всему, очень даже зря, потому что откуда-то из-за кустов, куда я его швырнула, послышался глухой удар и громкая мужская брань. Твою ж мать. Я сжалась, продолжая сидеть на ступеньках.

Первым порывом правда было подскочить и проверить, не убила ли я случайного прохожего. Но судя по тому, что за кустами продолжали материться, то мужчина был очень даже жив. А вот я, возможно, долго не проживу, когда он поймёт, откуда ему прилетело такое счастье. Брань стихла, послышалось какое-то шуршание и затем обманчиво добрый голос протянул:

– Три-и-иша Э-э-эймс, выходи, детка.

Ах ты ж мать твою за ногу! Эта идиотская привычка, чуть ли не с начальной школы, подписывать все свои блокноты.

Мужчина не стал дожидаться, пока я соизволю прийти к нему с повинной, и, видимо, догадавшись, откуда была произведена неожиданная атака, вышел ко мне. Я начала осмотр снизу вверх. Подсознательно боясь рассмотреть жажду расправы на его лице. Он был одет в кроссовки, шорты, майку и спортивную кофту. Кажется, я прервала его пробежку. Высокий, думаю, около 6 футов 3 дюймов[2 - Примерно 190 см], жилистый. Парень, разве что на пару лет постарше меня.

Светло-каштановые волосы с золотистым отливом слегка слиплись от пота. А с его брови…

– О, боже мой!

Быстро вскочила на ноги, чтобы подбежать к нему, по пути роясь в сумке, в поисках салфеток. Я умудрилась рассечь ему бровь, видимо, попала углом обложки. Кровь текла ручьём, не удивительно, что он был зол. Но в данный момент меня мало заботил тот факт, что есть вероятность того, что после оказанной ему помощи, он открутит мне голову.