На острове

Волны тотчас же смыли следы рвоты, но Анна вся дрожала, и я притянул ее поближе, чтобы согреть своим теплом. Я тоже страшно замерз, хотя в момент крушения вода показалась мне достаточно теплой. Луны на небе не было, и я с трудом различал окружавшую нас воду, которая из голубой стала черной.

Меня беспокоило, нет ли здесь акул. Я высвободил руку, взял Анну за подбородок и приподнял ей голову. Я почувствовал у себя под ключицами, в том месте, где секунду назад покоилась ее голова, что-то теплое. Неужели у нее продолжает идти кровь? Я хотел привести ее в чувство, но она реагировала только тогда, когда я тряс ее за голову.

Анна ничего не говорила, лишь стонала. Мне не хотелось причинять ей боль, но я должен был привести ее в чувство. Она не шевелилась, и я сходил с ума от страха, но потом Анну снова вырвало, и она задрожала в моих объятиях.

Я изо всех сил пытался сохранять спокойствие, а потому дышал медленно и глубоко. Вдох – выдох, вдох – выдох. При таких волнах плыть лежа на спине было гораздо легче, и мы с Анной, увлекаемые течением, скользили по воде.

Гидропланы в темноте не летают, но я не сомневался: как только рассветет, за нами непременно пошлют самолет. К этому времени кто-нибудь обязательно узнает о том, что мы потерпели крушение.

«Мои родители даже не в курсе, что мы были на борту этого самолета…»

Шли часы, акулы так и не появились. Хотя, может, они и рыскали где-то неподалеку, но я их пока не видел. Вконец измотанный, я слегка задремал и даже опустил ноги вниз, так как у меня больше не было сил держать их параллельно воде.

О хищниках, которые могли кружить под нами, я старался не думать.

Когда я в очередной раз потряс Анну за плечи, она никак не отреагировала. Мне казалось, я чувствую, как поднимается и опускается ее грудь, но особой уверенности у меня не было. Внезапно я услышал громкий всплеск, и резко дернулся. Голова Анны бессильно упала набок, я притянул ее к себе. Звуки ритмично повторялись. Представив, что рядом не одна акула, а возможно, пять – десять или больше, я принялся лихорадочно озираться по сторонам.

Что-то показалось над водой, и мне потребовалась всего секунда, чтобы понять источник шума: это волны ударялись о рифы, окружавшие остров.

Я еще ни разу в жизни не испытывал такого облегчения – даже когда доктор сказал, что лечение наконец-то дало результат и у меня больше нет рака.

Течение несло нас все ближе к берегу, но немного в сторону от острова. Нужно было срочно что-то делать, иначе мы проскочим мимо.