Тысяча шагов в ночи

– Ягра!

5

Хороший сон

Когда Миуко примчалась в постоялый двор, вся в слезах и перепачканная грязью, отец не стал задавать ей вопросов. Воркуя на манер голубей и обеспокоенных родителей, он отбросил свою трость и притянул дочь в объятия в палисаднике среди камелий.

– Моя бедная дочь, – пробормотал отец в запутанные волосы Миуко. – Пожалуйста, прости меня. Я бы и сам отправился тебя искать, но доро… а затем еще… – Он замешкался, словно не знал, как продолжить.

Будучи в этот момент в весьма рассеянном состоянии, Миуко ничего не заметила. Если бы доро ягра, который, судя по всему, представился ее отцу и остальным жителям деревни просто как доро, остановился бы в трактире, отец не посмел бы его прогнать. В конце концов, Рохиро был человеком из служилого сословия, и его призвание было служить. Отказать такому гостю, как Омайзи Рухай, оказалось бы не проще, чем летать по ветру подобно облачному духу.

То, что отец просил других разыскать ее, что он находился в безопасности, что был счастлив видеть ее – этого было более чем достаточно для Миуко.

– Вы – мой единственный отец, – произнесла она. – Все уже давно прощено.

Нежно улыбнувшись, он выпустил дочь из объятий.

– Ну и ночка у тебя, должно быть, выдалась! Что стряслось, моя милая?

Миуко приоткрыла рот, чтобы ответить на вопрос, но, к своему удивлению, обнаружила, что впервые в жизни ей нечего сказать.

– Простите, что заставила вас волноваться, отец, – прошептала Миуко.

– Мы оба взволнованы после минувшей ночи, кажется. Мы можем обменяться историями, когда ты отдохнешь. – И подобрав трость, Рохиро жестом указал ей на задний двор трактира, где располагались кедровые ванны.

Несмотря на изнеможение, Миуко осторожно ступала на цыпочках по мху на тропе, что делало ее неровную походку еще более неуклюжей.

Отец приостановился.

– Ты ранена?

– Не совсем, – честно призналась Миуко, потому что отек, кажется, спадал, а боль поутихла.

Рохиро усмехнулся и протянул ей руку.