Приговор подпишем сами

Ему вдруг показалось, что он даже здесь ощущает тонкий аромат ее духов и тела. Голова вновь закружилась, а руки предательски затряслись. Только теперь это было следствием близости такой желанной женщины.

– Эдгарс, я знаю, что вы дома! – Настя уперла кулачки в бока.

Баладис едва открыл замок, как двери толкнули и в прихожую, словно фурия, ворвалась девушка. Она подскочила к нему, схватила ладонями лицо и заглянула в глаза:

– Что он с вами сделал?

– Кто? – Эдгарс прикинулся, будто не понимает, о ком речь.

– Влад, – пояснила она. – Этот негодяй был у меня и устроил сцену ревности, когда я ему рассказала, что вы помогли мне.

– Ничего страшного…

Эдгарс попытался улыбнуться, но Настя свела ему щеки, отчего губы сделались бантиком. Он понимал, что со стороны выглядит глупо, но прикосновения ее прохладных ладоней на лице были так приятны, что Баладис даже перестал дышать.

– Давайте я вызову милицию? – Настя обдала его горячим дыханием.

– Не надо, – Эдгарс наконец нашел в себе силы, взял ее за запястья и убрал руки.

– Кто вам сказал?! – Девушка разозлилась. На ее щеках появился румянец.

– Он так говорил, – пожал плечами Эдгарс, уже уверенный, что девушка к нему неравнодушна.

– Обманщик, – покачала головой гостья. – Ходит по пятам как собачка. Надоел уже. Никакой он не жених! – она смешно топнула ножкой. – Так себе. Живет в соседнем дворе. Пару раз на машине подвез – и возомнил неизвестно что…

– Тем не менее, – Баладис улыбнулся и развел руками, – он чуть не убил меня.

– Бедный Эдгарс! – Настя сложила у груди ладошки лодочкой и виновато надула губки. – Простите меня…

Эдгарса словно кто-то толкнул в спину. Он в прямом смысле потерял рассудок. Такого с ним никогда не было. Отчего-то уверенный в том, что своими действиями не оскорбит девушку, он шагнул к ней. Настя не сопротивлялась. Напротив, оказавшись в его объятиях, она безвольно опустила руки и запрокинула голову.

– Что ты делаешь? – выдавила она и закрыла глаза.

Баладис не узнавал себя. Совсем недавно он едва держался на ногах – и на тебе! Словно пушинку несет девушку по квартире и не чувствует ничего, кроме огромного счастья.