Притворись бабочкой

Черт!

– Дарен? Пожалуйста, подойди ко мне, – беспомощно шепчу я.

– Джи. – Он опускается на колени рядом и сжимает мои ладони. – Успокойся. Его здесь нет, он ушел. Слышишь, малыш? Питера здесь нет.

От его прикосновения мне становится немного легче.

– Кажется, это была паническая атака… – шепчу я ему на ухо.

Он крепко меня обнимает и водит рукой по спине.

– Спокойнее.

Дыхание постепенно приходит в норму. Дарен берет мое лицо в свои крепкие ладони и проводит по коже большим пальцем.

– Я рядом.

Щеки горят. Сколько же боли причинил нам Питер. И сколько еще причинит – неизвестно. Брук надо завязывать с ним, пока это все не кончилось ужасно.

– Джи? – В комнате вдруг появляется мама.

Она выглядит сонной. Видимо, не спала всю ночь из-за нас. Мало того, что она загружена на работе, так еще вынуждена отвлекаться на ссоры детей. Теперь злюсь на саму себя из-за того, что дала ей повод для беспокойства.

– Доброе утро, мам. – Целую ее в щеку, и тепло, исходящее от нее, в мгновение ока делает меня расслабленной и спокойной.

Мгновенно вспоминается один приятный момент. Отец всегда, находясь дома, любит порассуждать насчет маминого характера. Однажды он привел такое сравнение, которое вызвало улыбку у всех и раскрыло душу мамы: «Клэр, ты как распустившийся бутон пиона – приятно пахнешь, даришь людям тепло, с каждым днем становишься все прекраснее, и на тебе, как ни странно, нет ни одного шипа».

– Я знаю, ты переживаешь за нас с Брук, мам. – Я успокаиваю ее своими словами.

– Тяжело слышать, как вы ругаетесь. – Чувствую, как сильно начинает биться ее сердце. – Прекращайте, Джи. Чтобы вечером все были в сборе на ужине, я приготовлю лазанью.

Мои глаза загораются при упоминании о лазанье. Уж слишком я люблю это блюдо.

– Ну, если ты говоришь «лазанья»… то обязательно буду.

– Близких людей ранить легче всего, а вот понять их гораздо сложнее. – Немного отстраняясь от мамы, я замечаю ее сожалеющий взгляд.

– Я знаю, но… – Запинаюсь, потому что на данный момент мне ничего не хочется объяснять.

Я сделаю все, чтобы маме было спокойнее.

Она целует меня в лоб, а затем начинает медленно делать мне массаж. Я расслабляюсь, чувствуя, как раскручиваются невидимые пружинки внутри меня. Мама прекрасно владеет этой техникой.