Под грифом «Любой ценой»

Неожиданно он узнал это место и украдкой оглянулся по сторонам. Точно! Когда-то здесь неподалеку был лагерь. Возможно, их ведут туда для следственных действий. Салауддин успокоился.

Вскоре они спустились в овраг. На земле кое-где виднелись масляные пятна, они здесь оставляли машины. Летом не найти лучшего места, даже с вертолета их не видно. Росшие по кромке деревья смыкались над головой, прикрывая от чужих глаз все, что здесь прятали.

Они поднялись по склону и вскоре оказались на небольшой поляне.

– Пришли, – раздался голос.

Салауддин обернулся. Рослый военный в маске по-хозяйски огляделся. Следом за ними на поляне появились чеченцы, приехавшие на «уазике».

– Странно. – Алиханов посмотрел на Мухмата. Моджахед едва держался на ногах. Было видно, что подъем в гору дался ему с большим трудом. Лицо мокрое от пота, губы посинели. С двух сторон его поддерживали двое солдат.

– Одевайте их, – распорядился рослый военный.

Солдат подошел к Салауддину и протянул ему разгрузочный жилет.

– Бери!

Теряясь в догадках, Салауддин вставил в проем жилета здоровую руку и поморщился от боли.

– Сейчас, – подошел чеченец, осторожно взял его за запястье и помог надеть. Второй солдат принес автомат.

– Хотите устроить все так, будто застрелили нас в лесу? – попытался угадать Салауддин.

Его охватил животный страх. Сколько раз, убивая пленных, Алиханов пробовал понять, что испытывают они! Ему было интересно наблюдать за тем, с каким ужасом люди переживали последние мгновения своей жизни.

– Просто нужно немного побыть фотомоделью, – объяснил рослый военный.

– Фотосессия! – добавил худощавый, с болезненным лицом, мужчина, единственный, одетый в штатское, отчего Салауддин сделал вывод, что это контрразведчик.

– Ага, – хохотнул военный в маске.

– Что ты сказал? – нахмурился Салауддин.

Он знал, что это за журнал, и слова его оскорбили. Забыв про боль, он со всей силой размахнулся, и в тот же миг стоящий на расстоянии вытянутой руки чеченец толкнул его в грудь. Не удержавшись на ногах, Салауддин полетел на спину. Его словно молния ударила в плечо. От удара о землю в глазах потемнело, и он стиснул зубы, чтобы не закричать от боли.