Пленница волка

Соня потупила взгляд, чтобы сразу же залюбоваться в твердыми бицепсами и рельефными грудными мышцами. Скользнув глазами дальше, она уперлась в кубики брюшного пресса, что напрягались и расслаблялись от участившегося дыхания, и именно оно вывело девушку из задумчивого созерцания.

– Да, вот так, дорогая, дай мне почувствовать твои соки. Пусть они покроют тебя изнутри, от этого станет немного легче, а потом я полечу тебя, – хрипло проговорил он. – Мы очень большие в своей животной форме, поэтому нам запрещена сцепка с человеческой женщиной.

Ведь во время спаривания мы можем разорвать ее.

– Тогда почему ты… – она не смогла договорить, задыхаясь от обжигающего огня, разгоравшегося внизу живота.

– Потому что ты моя истинная пара. Твой аромат говорит мне это – ты идеальна для меня и моего волка. Мой ген совместим с твоим.

Говоря это, он не прекращал ласки, дезориентируя Соню, но она все же пыталась вникнуть в эти сумасшедшие слова. Девушке с трудом верилось в происходящее, но какая-то часть разума не могла отрицать это, говоря ей, что все реальность, а не сон.

 – Укусив тебя, я пустил свой ген в твой кровоток.

– Теперь я тоже стану монстром? – ужаснулась Соня, мигом припомнив все фильмы об оборотнях.

– Нет, детка. – Хриплый смех ни капли не упокоил ее. – Просто организм подстроится под меня, чтобы твое лоно могло полностью вобрать мой орган, при этом не навредив тебе. Любую другую женщину мой ген убил бы или же заставил пройти превращение, что равносильно смерти.

Оборотнями рождаются, а не становятся после укуса, как в ваших глупых фильмах. Но все же некоторые проходят обращение, вот только боль и животное, зарождающееся в них, повреждают человеческую психику, и они становятся обезумевшими ликанами.

Говоря с ней, он словно отвлекал от своих действий, пока они не стали для ее тела естественными. Лаская плоть девушки, мужчина приучал ее, пока Соня не заметила, как ее руки освободились от захвата, но почему-то она продолжала все так же держать их над головой.

Тяжело дыша, девушка вздрогнула, когда большая мужская ладонь накрыла ее правую грудь.

Наливное полушарие, словно украшенное спелой вишенкой, прекрасно уместилось в его руке. Мужская ладонь сильно мяла его, перекатывая сосок между пальцами, но не причиняя боль. Наоборот, с каждым его движением это вызывало все больше похоти в девичьем теле. Соне казалось, что огонь внизу живота просто сожжет ее заживо.