В темном-темном лесу

Я не хотела, чтобы меня жалели, но слова Сони проникли через возведенный барьер. На глаза навернулись слезы, поэтому я быстро заморгала, чтобы сдержать их.

– Все же считаю ваш план слишком безумным!

– Да, я знаю, однако это единственное, что мне осталось.

Вдруг Соня изменилась в лице. Когда она заговорила, то ее голос звучал ровно, серьезно:

– Я пережила нападение оборотня в период горячки. Он заклеймил меня против воли, но мне повезло оказаться его истинной парой.

Я выдохнула, так как не ожидала таких подробностей.

– А как же…

Она зразу догадалась, о чем я хотела спросить.

– В интервью я специально этого не упоминала. У людей должно было сложиться положительное отношение к оборотням.

Учитывая то, сколько женщин мечтало стать парой мужчине-зверю, ей это удалось.

– Если ты не его пара, то вряд ли он перейдет к спариванию, – продолжила Соня. – Однако он может принять тебя за еду. Все же, если тебе повезет привлечь его, убедить, что ты подходящая кандидатура, то не стоит опасаться самого процесса.

Судя по порозовевшим щечкам моей собеседницы этот разговор тоже слегка смущал ее.

– Главное, не предпринимай никаких действий до полнолуния. Тебе нужно использовать все, чтобы максимально заинтересовать его. Период полной луны поможет тебе в этом. Именно тогда оборотней охватывает брачная лихорадка. Я попала на нее, так как решила сделать несколько незабываемых фотографий, которые в итоге перевернули мою жизнь.

Боже, какие подробности! У меня даже мурашки пошли по коже.

– И что ты почувствовала, когда он тебя поймал?

– Сначала ужас и омерзение, а затем в моем теле начало просыпаться странное ответное чувство. Оно становилось все сильнее и сильнее, пока не последовал укус.

– Укус?

Такого поворота я совсем не ожидала. Он должен укусить меня?

– Да, – подтвердила Линнет.

Я уже и забыла, что она находится вместо со мной в комнате.

– И тебя тоже кусал оборотень? – повернулась к ней.

Легкий кивок, и мои глаза расширились от удивления.

– Это самый важный момент во время спаривания.

Они так свободно обсуждали интимные вещи, в то время как я все еще ощущала неловкость. За свои двадцать пять у меня было только двое парней, и то с большим перерывом между ними. Один в восемнадцать, второй в двадцать три.