Право крови

Интересно, куда я успела добраться? Судя по словам Доша, достигнуть цели мне так и не удалось, раз я потеряла сознание на краю Гиблых Болот – это плохо. С другой стороны, то, что мне удалось выбраться – уже хорошо. Остаться в топях навсегда было бы гораздо хуже. И что это за странный хозяин, которого упоминают, понизив голос? Вряд ли он окажется человеком милым и доброжелательным. Жаль, что знакомства с ним мне не избежать. Барт прав – я слишком долго шла по болотам, дыша ядовитым туманом. Большинство людей не вынесли бы столь долгого пути, и даже моя защита все-таки подвела.

– Да любому понятно, что мы ее не трогали, – горячился Барт. – Сам ведь видишь, она настоящая лоррна, из благородных. Небось, ее родня кучу денег за нее отвалит.

– Так может, оставим ее у себя?

– Болваном родился, болваном и помрешь. Где ты ее спрячешь? Нет уж, бери ее за плечи, а я – за ноги, и понесли к телеге.

Зрение все не возвращалось, и я только по движениям телеги понимала, что ехали мы довольно долго, время от времени сворачивая то вправо, то влево. Я даже успела задремать и проснулась от старческого голоса, проскрипевшего надо мной:

– Кого вы притащили, олухи?

– Взгляните, лоррн, – подобострастно предложил Барт. – Мы нашли эту девушку у Гиблых Болот.

– И не придумали ничего лучшего, чем притащить ее в замок?

– Да вы только посмотрите! Вот, видите, какие у нее руки: белые, нежные, с тонкими пальцами.

– И что благородная лоррна могла забыть у Гиблых Болот?

Похоже, я поторопилась испугаться неведомого хозяина замка. Старик, судя по голосу, был ворчлив, но не злобен. И награждать Барта и Доша плетьми, несмотря на их опасения, не спешил. Не успела я обрадоваться, как раздался еще один голос, ледяной, словно вечная ночь Подземного мира:

– Что здесь происходит?

– Господин, – испуганно прошелестел старик, – господин, эти крестьяне привезли женщину.

Барт и Дош, надо полагать, от страха онемели. Впрочем, я их понимала. Временная слепота не давала мне увидеть таинственного господина – но я вовсе не была уверена, что жажду полюбоваться его физиономией. Правду сказать, я бы дорого дала, чтобы оказаться от незнакомца как можно дальше.

– Крестьянку? – теперь голос обжигал презрением. – Зачем?

– Нет, господин.