По ту сторону Тьмы

Муж ее ввязался в дела столь опасные, что любой промах грозил погибелью всей семье.

– Проблема есть, Тамалия, и от замалчивания она никуда не денется! – раздраженно воскликнул Себастьян. – Как бы мы ни желали остаться в стороне, никто нам держать нейтралитет не позволит. Да я и сам не смогу смотреть, как наша страна постепенно становится королевством храмовников.

Меньше всего невольную свидетельницу семейной ссоры в ту пору интересовала политика. В кабинет отца Северина пробралась с единственной целью – узнать, что именно написал старый друг семьи, гостивший в замке в прошлом месяце со своим сыном.

Юноша оказывал дочери хозяев недвусмысленные знаки внимания, и она полагала, что их родители могли обрадоваться возможности заключить брачный союз. И лишь несвоевременное возращение отца заставило девушку прятаться за шкафом, а затем еще и выслушивать абсолютно неинтересный ей разговор…

***

– Вы удивительно хладнокровны, – сказал Благодатный.

В голосе его звучала не то насмешка, не то уважение – я так и не смогла определить.

– О чём вы?

– О том, что вас, похоже, вовсе не волнует собственная судьба. Едва оставшись в одиночестве, вы поспешили принять ванну. Признаться, я поражен.

Поскольку единственное кресло в комнате было занято главой Храма, я присела на кровать. Стоять перед Благодатным подобно распекаемой ослушнице я больше не была намерена.

– А вы бы предпочли, чтобы я провела время, заливаясь слезами?

– Скажем так – я бы не удивился, застав подобную картину.

Я хмыкнула.

– Жаль разочаровывать вас. Мое же поведение объясняется просто: я не могу знать, что вы решите сделать со мной дальше. Возможно, последуете совету своих подчиненных и отправите в камеру. Там уж точно не будет возможности вымыться. А я, знаете ли, успела изрядно пропылиться в дороге.

Блеснули в улыбке крепкие белые зубы.

– Похоже, дерзость – фамильная черта дель Лерой, – весело произнес Благодатный.

Я подалась вперед.

– Значит, вы поверили мне? Тогда зачем все эти проверки? Почему меня заперли здесь? Я не понимаю…

– Милая моя Северина Леонора… Кстати, на редкость неудобно обращаться к вам подобным образом.

Пока выговоришь, позабудешь, что именно хотел сказать. У вас есть домашнее имя?

– Есть, конечно же, – я была совсем сбита с толку. – Рина.

– Рина, – собеседник словно бы пробовал мое имя на вкус. – Рина. Замечательно. Можете звать меня Франц.

Я насторожилась.