Забыть тебя (не)возможно

И от его улыбки складывается ощущение, будто пол проваливается под ногами, а вся кровь в теле начинает бурлить, гудеть и лететь по венам, ударяя мощным потоком по всем нервам и артериям.

Мне кажется, впервые в жизни я физически ощущаю этот внутренний процесс. Помимо всего остального, что со мной творится.

Лицо буквально сгорает под его изучающим взглядом, дыхание сбивается, а голова кружится, словно я только что сошла с карусели.

Это что ещё за странности со мной происходят? Я уже давно не смущаюсь и никого не стесняюсь, но под его прицелом сейчас ощущаю себя такой же растерянной, какой ощущала себя на сцене во время первого школьного выступления.

– Грандиозные у тебя планы на мой член, однако, – приподняв одну бровь, Алекс нарушает затянувшееся молчание. – Уверена, что он тебе ещё не пригодится?

Его наглость поражает до немоты, а плутоватый взгляд, медленно сканирующий меня с головы до пят, вконец сжигает кожу лица и до запредельных скоростей разгоняет сердце.

Да что такое со мной творится?! Это же Алекс! Алекс! Да, он хорош собой, ничего не скажешь.

Но он – редкостное чмо, при виде которого меня всегда воротило. И сейчас ничего не изменилось. Он всё тот же мудак! А я всё так же хочу уберечь от него мою дурную подругу.

А ну живо приди в себя, Веро?ника, и выскажи этому клоуну всё, что надо!

– Я повторяю, – проигнорировав его вопрос, медленно выдыхаю, чтобы вернуть себе пошатнувшееся равновесие. – Если попытаешься опять привязать к себе Алану и начнёшь издеваться над ней, я тебя кастрирую.

Моя рука не дрогнет. Слово даю, – цежу я, сильнее сжимая сумку пальцами, которые почему-то предательски подрагивают.

– Так ты о своей подружке беспокоишься? О той, с которой я сейчас разговаривал? – уточняет он.

Причём с таким искренним недоумением, будто в самом деле не понимает, о ком я говорю.

– Слушай, я не знаю, что за театр ты здесь устраиваешь и зачем вообще вернулся в универ, но я тебя предупредила.

– Твоё предупреждение больше смахивает на угрозу, – он слегка наклоняется ко мне, обдавая до жути приятным ароматом парфюма.

 – Алана была куда более приветливой, чем ты. Взяла бы с неё пример, – ухмыляется он.

И эта его ухмылочка вдребезги разбивает мою сдержанность.

– Не смей к ней даже подходить, Алекс! – повышаю голос я.

– Вообще-то, она сама ко мне подошла, – спокойно отвечает Уокер, и у меня, чёрт побери, все мысли покидают голову.

Он слишком близко ко мне стоит. Слишком пристально изучает лицо.