В объятиях сердца

– Существование контракта ничего не меняет, Остин. И насколько я понимаю, ты сам теперь знаешь почему.

– Знаю. Но я хочу напомнить тебе, что деньги и власть ходят рука об руку. Если мы оставим его без его миллионов и компании, он и шантажировать тебя больше ничем не сможет. Без своих денег Адам никто. Он же всё решает только с их помощью.

– И что ты собираешься сделать? Обокрасть его, что ли? – нервозно выдаю абсолютную нелепость, но по последующему утвердительному кивку Остина понимаю, что попала прямо в яблочко.

– Нисколько.

– Нет, ты этого не сделаешь, – с надеждой в голосе блею я.

– Ещё как сделаю!

– Нет, Остин!

– Да!

– Ты точно с ума сошёл?! Как ты планируешь это провернуть?

– Я тебе всё расскажу, если ты успокоишься и скажешь, что полностью мне доверяешь, – он берёт моё лицо в свои ладони, поглаживает большим пальцем скулу, на сей раз будто смазывая пантенолом то место, что ещё недавно обжигали губы Адама.

– Конечно, я доверяю тебе, – накрываю его ладони своими.

– А то, что делает Харт, по-твоему, законно? – его усмешка касается моих губ.

– Нет, разумеется, нет, но заточение какой-то шлюхи без имени и рода в своём пентхаусе не идёт ни в какое с равнение с тем, о чём говоришь мне ты, Остин. Тебя же могут посадить в тюрьму. Причём с адвокатами Адама на пожизненный срок.

Мой жалкий бубнёж заставляет его злобно захрипеть и сдавить мои щёки сильнее.

– Во-первых, чтобы я больше не слышал, как ты называешь себя шлюхой, Николина! Ты не шлюха! Тебе ясно?

В ожидании ответа родной взгляд сверкает яростью, и я положительно киваю, хотя на деле именно шлюхой себя и считаю. Даже несмотря на то, что стала такой не по своему желанию.

– Хорошо. А во-вторых, я ещё даже не начал ничего делать, а ты уже заведомо пророчишь мне печальный финал. И после этого говоришь, что доверяешь? Опять ложь, Николина! По ходу, тебе вообще кажется, будто я ни на что в этой жизни не способен.

Вновь слышу разочарование в его голосе, что режет слух, как звон разорвавшихся пут.

– Это не так, Остин. Совсем не так! Просто уж лучше я пораздвигаю ноги перед Хартом до тех пор, пока ему не наскучит, чем ты попадешь в проблемы, которые не сможешь решить! – на эмоциях выпаливаю я, тут же понимая, что ляпнула совсем неподходящие слова.

Гневный взгляд Остина вмиг рассекает темноту, вонзаясь острием мне в грудную клетку.