В объятиях сердца

Адам произносит ещё одно непоколебимое «нет» и, оторвав губы от моей шеи, атакует лицо короткими поцелуями, не пропуская ни один сантиметр кожи.

– Не надо… Я же грязная.

– Мне плевать.

– Меня собака только что всю облизала.

– По*уй.

– Адам… Прекрати, – почти беззвучно умоляю я и жмурюсь, пытаясь абстрагироваться от его нежных прикосновений, чтобы окончательно не забыться и не ответить Адаму тем же.

Но это, по ходу, невозможно сделать. Даже образ Остина мне не помогает. У меня его вообще больше увидеть не получается, пока каждый поцелуй Харта отдаётся микровзрывами во всех молекулах тела.

Он принуждал меня к тому, чего я не хотела. Преследовал. Шантажировал с помощью Остина. Угрожал тюремным заключением и запер в комнате на целых два месяца, где забавлялся, трахал, издевался, унижал и пользовался мной как мебелью. 

Всё это дерьмо так и норовит выветриться из памяти от его ласковых действий.

Он пытался изменить мои воспоминания длиною почти в тринадцать лет, прекрасно зная, чем для меня это может кончиться после нашего расставания. 

И только острое, как бритва, осознание, что Адаму абсолютно плевать на мою жизнь после «контракта», удерживает меня сейчас от полного забытья и придаёт сил вновь попытаться вырваться.

– Адам, прошу тебя, отпусти!

Я отворачиваю голову в сторону, но добиваюсь лишь того, что теперь Адам усыпает поцелуями всю правую сторону моего лица.

– Не отпущу. Больше никогда. И шагу от меня в сторону больше не сделаешь.

– Хорошо. Как скажешь. Хоть на поводке возле себя держи, но если хочешь, чтобы я была пригодна для дальнейшего использования, опусти меня сейчас вниз. Говорю же: мне дышать нечем. Ты слишком сильно меня сдавил.

И надо же! На сей раз Харт соизволяет меня послушать и мигом прекращает целовать. Но, увы, выдохнуть с облегчением не получается.

Почему не получается?

Да потому что его чёрные глаза, вспыхнувшие опасным пламенем, отчётливо показывают мне степень его негодования.

– Ты опять за своё? – злость буквально съедает его низкий голос.

– О чём ты?

– Я тебе вроде бы уже сказал, чтобы ты забыла о работе, услугах и каком-либо использовании. Но ты опять об этом говоришь.