В объятиях сердца

Даже издалека я вижу это трехэтажное здание, окружённое высокими пальмами и горящее светом во всех окнах и ночными фонарями на улице. Однако от всех его огней меня отвлекают множество других – находящихся в море и в небе.

Присмотревшись повнимательней, я замечаю огромное количество катеров и столпотворение людей на берегу неподалёку от виллы, а сквозь истошный лай Демона слышу вдалеке шум летающих вертолётов.

Обескураженная происходящим, я кое-как приподнимаюсь и торопливо направляюсь в сторону толпы. Но мой темп быстро сходит на нет, когда среди десятка мужчин в одинаковых формах я нахожу Адама.

Он бурно жестикулирует и даёт людям какие-то указания с донельзя злым лицом, отчего мои ноги будто окончательно увязают в песке, и я застываю на месте.

Как я и предполагала – он в гневе! Я чувствую это даже на расстоянии. Тело вновь мгновенно переключается на волну Харта и впитывает в себя необходимую дозу его ауры.

Стоит же одному из мужчин указать ему на меня, а острому взгляду Адама – встретиться с моим, как все звуки мира разом отключаются, а фокус моего зрения сужается до его напряжённой фигуры.

Харт замирает. Пробирает меня взглядом до самого нутра. Всего пара секунд, которых хватает, чтобы умереть внутри себя и возродиться заново. А затем он срывается с места и надвигается на меня, точно смертельное гигантское цунами. И оно уже точно не соизволит пожалеть меня, как сделало это Карибское море.

Его лицо вмиг из злого превращается в непроницаемое, а это значит – совсем плохи мои дела.

– Адам, не злись и послушай меня! – максимально громко прошу я, когда между нами остаётся несколько метров.

Но он игнорирует мои слова и нисколько не замедляет темп бега, отчего в инстинктивном желании защититься мне хочется тоже начать бежать. От него. Как можно дальше да побыстрее, но знаю – это плохая затея.

– Адам, честно, я не сбегала от тебя… меня просто неудачно накрыло волной, – напоследок пищу я и, вжав голову в плечи, закрываю глаза в ожидании кары.

И первый удар по мне совершает мощный импульс звериной энергетики. Второй – уникальный запах его кожи, от которого подкашиваются ноги. А от третьего, что вот-вот нанесёт его прущее на меня тело, я ожидаю и вовсе свалиться наземь. В который раз. Ведь с ним иначе не бывает.