Острова объяты тьмой

Дарма всё–таки не сдержал хриплого, больше похожего на хрюканье смешка, а затем, когда его командир одним ловким движением (что и ожидалось при такой-то сноровке) выскользнул из–под машины и молниеносно вскочил на ноги, расхохотался уже взахлёб.

– Ты мою задницу защищать должен! – орал Тимур, прячась за багажником от просвистевшего мимо коричневого ядра. Следом в него полетели гаечные ключи и парочка с виду болючих ломиков.

– Правда, что ли? – удивился Ян, взвешивая в руке грязно-ржавую, длинную железку домкрата так, словно это был воздушный шарик.

– Ты на него работаешь, – хмыкнул Дарма. – По контракту.

– А, точно, подписывал какую–то дерьмобумажку, – закивал головой он. Помню–помню.

– Она электронная была! – возразил Тимур, за что тут же получил гайкой в лоб.

Домкрат его брат всё–таки положил обратно на капот, предостерегающе близко к себе, и вместо тяжелой артиллерии решил использовать пригоршню гаек. Более мелких, но в меткости от того не уступающих.

Вокруг машины они носились минут десять, обкладывая друг друга шутливыми ругательствами, а заодно пытаясь увернуться от летящих друг в дружку подручных предметов.

– Как же, – со смешком проговорил Ян, поднося к зажатой в губах сигарете огонёк, неспешно прикуривая и с благодарным кивком возвращая зажигалку Дарме. – Я даже не вспотел. Может, ещё кружок?

– Ага, – пробормотал Тим, – как–нибудь после обеда.

– Ты тут до обеда торчать собрался? – удивился Ян. – Это из–за того, что вчера вечером случилось?

– А что случилось вечером?

– Сеймур…

– Ну да, да, да… – протянул Тимур со вздохом, полным унылой безнадежности, – я такой придурок, у меня нет и шанса!

– Поэтому прячешься здесь?

– Я не прячусь! Я хочу исправить ситуацию, и почти придумал – как.

Ян хмыкнул и выпустил колечко дыма в знойный тропический воздух. До полудня оставалась ещё парочка утренних часов, но солнце поднялось уже достаточно высоко, чтобы попробовать поджарить на металлической крыше виллы яичницу.

Не то чтобы Ван Хэ Ян частенько вёл себя как десятилетний мальчишка, в силу характера и образа жизни он себе и позволить такого не мог, но его старший брат был тем самым человеком, от чьих выходок ты либо вешаешься, либо принимаешь в них непосредственное участие.