Острова объяты тьмой

– М-м-м, Анютка, ты сегодня прекрасно выглядишь! – произнёс вместо приветствия директор, широко распахивая дверь и впуская громкие звуки проходящей в соседнем зале репетиции.

– Здравствуйте, Максим Сергеевич, – дежурно улыбнулась девушка в ответ. – Подпишите документы?

– На-ка, разбери. – На стол ей тут же плюхнулась кипа каких-то журналов в ярких, зазывающих обложках. – И кофе мне сделай, будь добра.

– А документы? Там срочно!

– Ну, раз срочно, – усмехнулся начальник, проходя в кабинет.

Пространные его ответы Анна уже давно привыкла расценивать в свою пользу, поэтому, оторвавшись от составления очередного регламента и подхватив стопку бумаг, она направилась следом за Максимом Сергеевичем.

– Вам со сливками или без? – уточнила Аня, кладя документы на директорский стол.

Ответа не последовало, и девушка недоуменно обернулась.

И он действительно там стоял. Оценивающим взглядом проходился по её фигуре и широко ухмылялся:

– Очень сексуальное платье, между прочим.

Платье было обычным: строгим, белым, чуть выше колен, как раз самое то для приёмной руководителя, когда за окнами плюс двадцать пять, а летние сарафаны носить запрещено, ведь они не вписываются в офисный стиль.

– Максим Сергеевич, вам кофе со сливками или без? – с нажимом повторила Аня.

– Ну, допустим, без.

– Тогда позвольте мне пройти на кухню.

– Иди, кто тебе мешает? – Мужчина, сложив руки на широкой груди, облокотился о дверной косяк. Проход он собою загородил полностью и стал пристально, с затаенным в уголках глаз издевательским интересом наблюдать за чужой реакцией. Девушка подошла чуть ближе, но Максим даже не подумал пропустить её.

– Максим Сергеевич! – воскликнула Аня, чувствуя себя полной дурой.

– Ты идёшь делать кофе или нет?

– Отойдите!

Начальник пожал плечами и нарочито медленно развернулся, оставляя мизерное пространство, чтобы девушка могла пройти. Габаритное тело его она ожидаемо задела бедром, но на кухню протиснулась, даже сделала пару торопливых шагов, когда в спину ей донеслось:

– Да ты истеричка, Ань.

Анне захотелось разбить любимую директорскую чашку об уже давно нелюбимую директорскую голову.