Приманка для дракона

 – Пригласи ко мне барона, а потом зайдешь сам, нам надо обсудить важное дело.

Отто посмотрел на его сиятельство с тревогой. Не нужно было обладать недюжинным умом, чтобы сообразить – графа расстроило содержимое письма. "Пожалуй, даже не так: не расстроило, а озадачило", – отметил Отто. Эгон признавал наличие у секретаря смышлености и сообразительности и порой советовался с ним, но никогда прежде Отто не видел на лице графа такой растерянности. Даже когда прилетел дракон, будь он неладен. Похоже, в герцогстве возникли серьезные проблемы.

– Итак, барон, что за дело у вас ко мне?

Эгон положил подбородок на сплетенные пальцы и посмотрел на Джакоба без особого интереса. Вопреки столь почитаемым им законам гостеприимства, граф не предложил посетителю ни вина, ни фруктов, вазу с которыми, кстати, принес предусмотрительный Отто. Все мысли Эгона были заняты письмом от его светлости, а барона очень хотелось поскорее спровадить из кабинета, чтобы не отвлекал от размышлений.

– Так важное ведь дело! – всплеснул руками Джакоб.

И барон промокнул глаза отделанным узкой кружевной каймой платком.

– Переживает, говорите? Так передайте ей, что она может успокоиться. В ее помощи более нет нужды.

– Вы неверно меня поняли, ваше сиятельство, – волнуясь, зачастил барон. – Леона очень-очень желает поспособствовать избавлению графства от дракона. Она волнуется вовсе не из-за боязни, о нет! Девочка, напротив, желает как можно скорее сослужить вам службу.

Суетливые движения, которыми барон то разворачивал платок, то сворачивал его, то прикладывал почему-то уже не к глазам, а ко лбу, вселяли в графа подозрения. Пожалуй, дядюшка желает выслужиться куда сильнее, нежели племянница. Но почему? Тоже мнит себя спасителем графства?

– Это вы неверно меня поняли, барон. Я вовсе не позабыл о той неоценимой услуге, что собирается нам всем, – последние два слова он выделил голосом, – оказать прекрасная Леона.

– Но как? – разволновался барон. – Откуда? Герцог ведь отказал нам, так кто же прислал этого проходимца?

На покрасневшем лбу Джакоба выступили мелкие капельки пота.

– Позвольте, барон, на каком основании вы оскорбляете моего гостя? – возмутился Эгон.

– Прошу прощения, ваше сиятельство, я забылся. Но развейте же мои необоснованные подозрения.