Больше, чем враги

Расскажешь мне, что произошло.

– Я не хочу спать, – попробовала возразить любопытная Красотка.

Док вперил в нее взгляд льдисто-голубых глаз.

– Пока ты здесь, будешь делать то, что я сказал, – отчеканил он. – Спать, есть и справлять нужду по моему слову. Поняла?

Испуганная его непривычно жестким тоном Красотка кивнула.

Мышке я тоже дала сонного зелья. Хотелось, конечно, усадить ее с нами за стол и протянуть кружку с чаем и самый большой пирожок, но я рассудила, что время еще будет. Пока Док хлопотал вокруг брюнетки, я успела принять душ.

– Пожалуй, это самая большая выгода от работы здесь. Возможность ежедневно мыться горячей водой, – пояснила я. – Да половина барака за такое счастье на что угодно пойдет.

Вода в общих душевых была ржавая, едва теплая и лилась тонкой струйкой. Да и походы в душ по расписанию тоже не способствовали радостному настроению. И мыло в лазарете пахло луговой травой, а не воняло чем-то нестерпимо кислым.

– У вас половина барака, а то и больше – отъявленные рецидивистки, – сухо произнес Док.

Я кивнула. За пару месяцев я успела наслушаться леденящих кровь историй.

– Взять вот сегодняшнюю девицу, – продолжал Док. – Проститутка, грабившая клиентов. Подливала им сонное зелье и обчищала карманы. С последним вот не повезло – он учуял, что дело нечисто, и вылил незаметно вино. А здесь она считай что принялась за старое. Что они с Лютым не поделили, не знаешь случаем? Вроде бы она ему надерзила перед всеми.

Вздохнув, я рассказала ему историю с наказанием Мышки, не умолчав и о своем участии.

– Зря ты ему деньги предложила, – осуждающе покачал головой Питерс. – Хватило бы и угроз. Лютый из тех людей, которым сколько ни дай – все мало. Зато трус, потому и отыгрывается на слабых. Бабенок его у меня перебывало столько, что я давно уже со счета сбился. Надоедают они ему быстро, а просто так бросить он, видимо, не может, обязательно искалечить надо.

– В таком месте сложно оставаться чистой, – вздохнула я. – От прежней Тиали Торн мало что осталось. Раньше я и представить себе не могла, что буду притворяться любовницей Марка Грена, да еще и радоваться, что он подтвердит несуществующую связь.