Ткань Ишанкара

Но для какой цели она тебе нужна?

– А вот это не твое дело, Горан. Это касается только меня и ее.

– Если она так важна для тебя, почему ты ничего не сделал, чтобы ее спасти? Видел, как ей больно и страшно, но сидел и читал мне нотации. Ты ее использовал, а она неглупая девушка, как я погляжу. И как ты думаешь, захочет она теперь хоть пальцем ради тебя пошевелить?

– Ваша ошибка, Горан, в том, что большинство из вас считает меня лжецом и интриганом, – Сэл наиграно печально вздохнул. – Но Ишанкар стоит до сих пор потому, что я периодически вправляю вам мозги.

Сегодня я поступил с ней не самым лучшим образом, но если бы я не подставил ее под твое копье или бросился бы ее спасать, разве ты убедился бы в моей правоте? Чем сто раз услышать слово «халва», лучше один раз ее попробовать. Ты увидел ее в деле собственными глазами. Она так же, как и ты, считает, что я ее подставил и использовал, мы ни о чем заранее не договаривались. Способность выживать для некроманта решающая. Если бы она не выжила, я бы очень, очень сожалел, что ошибся в своем выборе.

– Сожалел? Ошибся в выборе? – не поверил своим ушам Горан.

– Я, позволь, не буду раскрывать перед тобой душу, ты этого не заслуживаешь, – с отвращением произнес Сэл, – но скажу тебе, что она – это самое ценное, что есть у меня на данный момент. После Ишанкара, конечно. И с этого дня она станет самым ценным и для тебя, Горан. После Ишанкара, конечно.

Горан понимал, что несмотря на то, что Сэл говорил открытым текстом, он запутался еще больше, но решил промолчать, чтобы не портить игры.

Сэл смотрел на лежащую в собственной крови Тайру. Она тяжело дышала, но взгляд был осмысленным, и Сэл понял, что она вслушивается в их разговор, пытаясь не потерять нить рассуждений.

– Разве она не хороша? – спросил он.

– Это не та оценка, которой она заслуживает.

– Какой оценки она заслуживает – покажет Ишанкар.

– Но Ишанкар не принимает женщин на некромантию.

– Значит, сделай так, чтобы Ишанкар принял женщину на некромантию, – предложил Сэл.

– Так вот чего ты от меня хочешь? Чтобы я уговорил сэра Котцу на эту авантюру?

Сэл в очередной раз убийственно улыбнулся и произнес:

– Нет. Я хочу не этого, – он встал с кресла, заложил руки за спину, выпрямился, – Горан увидел, что старый маг и в смерти сохранял достоинство и силу, – и, словно император, готовившийся продиктовать писцу высочайший указ, отчетливо и твердо произнес: – Я хочу, чтобы ты стал Ректором Ишанкара.