У тебя мое лицо

Я поблагодарила дедушку и пошла по дороге к станции.

– Дочка, а деньги-то у тебя есть? – спросил дедушка. – Ни сумки, ничего при тебе нет.

Да, сумки при мне не было. Как ключей от дома, документов и денег. Только одежда, но выстиранная, это точно. Потому что пятен от коктейлей на моих любимых джинсах не было.

– Нет, – я развернулась к дедушке.

Он пошарил рукой в кармане и протянул мне смятую купюру.

– Вот, возьми. На электричку до города должно хватить.

– Мне не удобно, – было до одури стыдно брать деньги у пожилого человека.

– Да что ж мне стольника жалко? – дедушка усмехнулся. – Вижу же, что ты в беде оказалась. Так почему бы не помочь человеку?

С одной стороны, было стыдно брать деньги у дедушки. Но с другой стороны – надо же как-то добираться до города.

– Спасибо вам, – я взяла деньги и запихала их в карман джинсов.

– Удачи тебе, дочка, – дедушка кивнул, запрыгнул с удивительной легкостью на велосипед и поехал дальше, скрипя педалями.

Глава 2

Утро на пригородных станциях не меняется с годами.

Последний раз я ездила на электричке, когда мы с родителями добирались в загородный санаторий. Тогда тоже было прохладно и я много капризничала, потому что испугалась мужика с беззубой улыбкой и терпким запахом недельного перегара.

Сейчас мало что изменилось. Табличка с названием станции давно стерлась и можно было разглядеть только несколько букв. Люди, стоявшие на платформе, курили и кутались в теплые куртки. Уныние и серость словно накрыли это место колпаком.

Да и не будет же человек радостно улыбаться, если нужно вставать ни свет ни заря, чтобы добраться до работы.

Сейчас мне тоже хотелось капризничать. Потому что я замерзла, устала и просто хотела домой. Хотела залезть в ванную с ароматной пеной, зажечь свечи и послушать приятную музыку.

Но сейчас рядом не было мамы, которая говорила бы ободряющие слова. И не было папы, который укутал бы меня своей теплой курткой. Сейчас я одна стояла на платформе и ежилась от легкого ветерка, который приносил с собой запах леса и речки.

Дорога домой показалась адом. Но уже возле подъезда начало казаться, что усадьба и странный Александр были всего лишь сном.

Вот я почти дома и все здесь кажется привычным и родным. На детской площадке вопили дети, собачники выгуливали питомцев, здороваясь друг с другом, мамочки с колясками вывели малышей погулять. Все хорошо, привычно и стабильно. И это было замечательно.