Трасса

Трасса

Тора Эйферт

Это большой криминальный рассказ. О верности, преданности, предательстве и правильном понимании сути происходящего. Иногда стоит подумать – сколько осталось жить и зачем нужна такая жизнь. Преступник встречается лицом к лицу с последствиями своих необдуманных поступков. Таков его выбор. Меч правосудия оказался в правильных, но неожиданных руках. Погони и перестрелки, немного истории США. События происходят в начале 90-х годов 20 века. Все герои вымышлены, кроме исторических персонажей.

Трасса

– Тормози, дура! – заорал Эл, поспешно пытаясь нащупать ремень безопасности и второй рукой замахиваясь на Тару, чтобы нанести удар. Но было поздно, Плимут на всей скорости влетел в стоящий впереди грузовик. Усатый вылетел на капот, утягивая за собой осколки разбитого лобового стекла, и врезался в угол борта грузовика так, что хрустнул его череп. Он перестал двигаться моментально.

– Мудак, – сказала Тара, опуская руки с руля, которые тут же заболели от напряжения, как и её голова от удара о подголовник.

– Эй, ты в порядке? – на бегу кричал девушке взволнованный пузатый водитель грузовика. Тара попыталась толкнуть дверь, но мужичок уже подскочил к ней и помог выбраться из разбитого автомобиля. Тара сделала пару шагов вперёд, чтобы посмотреть жив ли Эл, но тут же от сильного головокружения села на гладкий, нагретый за тёплое солнечное утро,  асфальт.

– У него пистолет, – девушка махнула рукой в сторону Плимута. Водитель грузовика подошёл к автомобилю и заглянул в раскорёженный салон, где на полу рядом с пассажирским сиденьем валялась чёрная «Беретта». Водитель оглянулся туда, где сидела на дороге девушка, Тара подобрала под себя ноги и положила голову на колени, глаза её были закрыты. Пузатый мужчина обошёл легковушку и увидел лежащего на асфальте мёртвого Эла с раскроенным черепом и дырой в боку из которой ещё сочилась кровь.

Краем глаза девушка следила за водителем, который быстро убежал к кабине своего грузовика сообщить об аварии. Резкий удар и скрежет металла, короткий вопль вылетающего Эла, шуршание осыпающегося стекла и звук шин всё ещё шумел в голове одним большим треком, который прокручивался и прокручивался будто заевшая пластинка.