Культ праха

Да, сначала исполнится моя мечта, а затем и твоя. Всё справедливо, Руди. Я это заслужила уже сегодня.

Сейчас я здесь и с тобой, но мне так хочется быть там. Услышать голос земли. Быть далеко от всего этого кошмара. Ожидание невыносимо. Оставаться – смерти подобно. Лучше устало бродить там, в недружелюбном холоде, чем здесь – в лицемерном пекле».

– Она врала, – невнятно пробурчал Вилли.

– Кто? – испугался Рудольф.

– Баба. Моя баба, будь она неладна. А ты, дурак, носишься с этой дурацкой вазой. Столько денег потратил ради бестолковой любви.

– Не ваза, а урна, – сурово поправил Рудольф, – и это мои деньги! Вам ли не всё равно, за что вы получаете неоправданно завышенную плату?!

Вилли по кличке Бык едва ли не впервые в жизни испытал слабое чувство вины.

– Что с ней случилось? – спросил он, не подымаясь с пола.

– Её убили.

– Всё же лучше, чем мне. Она хотя бы не сказала тебе, что есть твари умнее тебя и не обманывала, когда говорила, что любит. Наверное. Ты – счастливчик, дружище.

– Сам себе завидую, – печально произнёс Рудольф, после чего поспешил исчезнуть.

Войдя в свою каюту, Рудольф осторожно достал то, ради чего ему пришлось отважиться на этот сумасшедший поступок. Урна с прахом его любимой Авроры вызывала в нём чувства любви, горечи и даже зависимости, а у команды судна «Джуди» – ехидные насмешки.

Весь этот путь был ради неё. Рудольф не пожалел всего, что имел ради того, чтобы прах Авроры был развеян на Севере. Она должна была навсегда остаться на землях Лальдируфф, где истинный голос земли будет вечно петь самую грустную в мире песню, оплакивая её гибель.

Теперь любовь доставляла Рудольфу нечеловеческие страдания, но всё же он от неё не отказывался, как в свое время это сделал Вилли и тот человек из прежней жизни, которого Руди презирал больше всех на свете. Любовь убила Руди. Он умер вместе с Авророй 26 мая 1994 года.

Никто из команды «Джуди» даже не подозревал, что выпало на долю человека, над которым они так грязно потешались с самого первого дня.

Знай они правду, вряд ли что-то изменилось бы. Они не имели ни малейшего представления о другой жизни и в той, другой жизни для них не нашлось бы достойного места. Им было неведомо, что где-то совсем недалеко могут так просто убить того, кто умнее самого сильного. Что в случае, когда один человек пытается сделать нечто поистине важное для миллионов, ему обязательно вынесут приговор – чаще всего смертный.