Отпуск на войну

Кажется, пожар в Ангарске… А это что? Он приблизил лицо к небольшой карточке в правом углу полочки, едва не касаясь носом стекла дверцы. На маленьком, пожелтевшем от времени снимке он стоит на стуле. Это его день рождения, ему исполнилось семь лет. Он рассказывает стишок перед собравшимися гостями. Никита не любил детские фотографии, а эту особенно. Что за мода выставлять их напоказ? Она возвращала в ту жизнь, от которой он бежал. Тяжело расти в семье декана института и преподавателя музыки в консерватории, где тройка в дневнике – катастрофа, а возвращение домой после захода солнца – преднамеренное убийство родителей… Поэтому сразу после десятого класса Никита обманом подал документы в рязанский военный институт воздушно-десантных войск и легко поступил на спецфакультет.

Это был настоящий шок для отца, уже видевшего сына на кафедре, и для матери, которая не теряла надежды привить ему любовь к музыке. Служба в спецназе ГРУ закончилась, не успев начаться. Всего лишь спустя год после выпуска он приземлился на «запаске». Посадка была жесткой. Никита упал на спину… Потом – госпиталь, после которого его признали ограниченно годным.

«Как ни кощунственно это звучит, но я рад, что все так случилось, – всплыли в памяти слова отца, когда всего лишь через год после выпуска Никита был уволен в запас. – Это знак божий…» Но отец поторопился, а Бог оказался ни при чем. Никиту забрал к себе командир бригады, возглавивший после увольнения из армии региональный центр МЧС на Дальнем Востоке. Так Никита стал инструктором по подготовке парашютистов?пожарников.

– Где отец? – плюхнулся он в кресло.

Мать замерла посредине зала с полотенцем в руках:

– В институте.

– Чего он там летом делает? – спросил Никита просто так, заранее зная, что работы у декана невпроворот круглый год.

– Сейчас ведь прием студентов! – Она устремилась в ванную. Хлопнула дверь, зашумела вода.

– Сначала мыться, а потом за стол, – вернувшись в комнату, сказала она.

Никита промолчал. Снова решает за него. Даже не спросила.

Есть ему не хотелось, а ванную он принял перед вылетом. Он приехал решить вопрос с Ритой. Нужно наконец разобраться в отношениях.

– Ты Риту не видела? – спросил Никита, идя за матерью на кухню.

– Отчего же! – Мать достала из холодильника пластиковый контейнер. – Вернее, не видела.

– Как это?

Мать вдруг села на табурет.

– Ты чего? – насторожился Никита. – С ней все в порядке?

– В том-то и дело, что никто не знает, – обескуражила она ответом.