Личный слуга, или Мама на полставки

Фу-фу, продам ей дом и ни за что больше не буду связываться с аристократами.

Спустя два дня леди вернулась, за ней едва ли полз тот самый несчастный рыцарь с посиневшими волосами.

На этот раз все прошло быстро и коротко, без лишних предысторий и отступлений.

Она изложила мне краткую легенду, которую мы разыграем перед соседями, затем мы подписали магический договор, и я получила деньги на личный счет в банке, который эта леди любезно помогла мне открыть, привезя с собой еще и сотрудника банка.

Сила денег и правда не знает границ.

Если бы не магический контракт, я бы продолжила переживать и после продажи дома, но такой договор не позволит нам с леди Иверитой обмануть друг друга, а значит и Занефир, и я в безопасности.

Все было кристально чисто, я даже видела нолики в выписке моего лицевого счета, внушительно, скажу вам. После Иверита любезно внесла чуть больше ясности в свои условия: мне не придется целый год разгуливать под иллюзией, нет, просто не появляться в этом городе ровно 12 месяцев, чтоб не светить тут своим лицом.

Разве не прекрасно?

Зефир внимательно выслушал мою просьбу подыграть и согласился, но, конечно, не бесплатно. В кого он такой упрямый и скупой?

А ведь ему должно быть всего пять-шесть лет, чего тогда мне ждать дальше?

Наши с Заиром вещи я собрала еще вчера вечером – мы взяли только самое необходимое, остальное оставили в доме. Не так уж много пожитков было у прошлой Дамб, чтоб затягивать сборы.

Я держала в руках походную сумку и ждала, пока артефакт леди Ивериты считает мою внешность, после мне дали другой, и вот уже вместо аристократки передо мной стояла моя точная копия, я же стала выглядеть как женщина сорока лет.

Крепче сжав ручку сумки, я наконец выдохнула, скоро все закончится.

Леди Иверита открыла нам двери, выпуская на улицу.

– Тетушка, я так вам благодарна за то, что вы делаете для меня! Если бы не вы, я даже не знаю, смогла б ли вырастить своего сына. Спасибо, что позаботитесь о Заире! Я постараюсь как можно чаще навещать его! – она не переставала говорить вульгарно громко для девушки своего сословия, и все же, ее игра была выше всех похвал.

– Не стоит так утруждаться. Я делаю это только ради ребенка. – равнодушно ответила я.

Почему мне досталась такая роль? Не могла она придумать что-нибудь другое? Почему дальняя родственница со скверно-придирчивым и строгим холодным характером? Почему человек-курага?

– Не говорите так, я знаю, как вы заботитесь обо мне.