Обречен на смерть

Дверь вела наружу, на каменную лесенку, которая, извиваясь, спускалась в маленький мощеный дворик. За ним в окружении цветочных клумб лежала ухоженная лужайка.

Майкл направился к двери, делая крюк, чтобы захватить из холодильника в кладовой бутылку «Короны». По пути открыл крышку. Сделал долгий глоток.

Зрелище, открывшееся его глазам, когда он вышел на лестницу, было в точности таким, как он и ожидал. За длинным металлическим столом сидели Сара и Энн Флаэрти, каждая – с бокалом вина. Бокал Сары был наполовину полон.

Обе заметили Майкла одновременно.

– Мне нужно спрашивать? – сказал он в ответ на их приветственные улыбки, кивая на пустую бутылку.

– Если настаиваешь, Майки, – ответила Энн. Ее голос был полон нежности. Она всегда разговаривала с ним таким тоном.

Майкл улыбнулся ей в ответ, прежде чем зайти обратно на кухню за следующей бутылкой. И минуты не прошло, как он вышел оттуда, спустился по лесенке и заново наполнил бокал Энн.

– Завтра опять собираешься бросить?

Майкл имел в виду сигарету в руке Сары. Произнося эти слова, он улыбнулся, давая понять, что спрашивает не всерьез.

– Оставь девчонку в покое, Майки. – Энн не заметила игривости в его тоне. Ему не нужно было объяснять почему. Она явно оприходовала бо?льшую часть первой бутылки. – Она много работает. Нужно же ей отдохнуть.

– Она так расслабляется, только когда с тобой, – ответил Майкл.

На этот раз тон Майкла не оставлял сомнений. Он просто дразнил невесту и свою давнюю подругу. Возможность проявить легкомыслие принесла ему облегчение.

– Так как прошел твой день, Майки?

– Выматывающе и напряженно, – ответил Майкл. Он заметил, что его североирландский акцент звучит более отчетливо, как это часто случалось с ним в обществе Энн. – Все немного не в себе после убийства Филиппа Лонгмана.

– Того судьи, о котором рассказала мне Сара?

– Да. Он был важным человеком в судебной системе. Очень важным. Весь Темпл перестал работать, когда дошли новости.

– Как Дерек? – спросила Сара. – Ты с ним разговаривал?

– Да. Держится. Он сейчас с сыном Лонгмана. Помогает ему все это пережить. Честно говоря, я думаю, он специально пытается чем-нибудь себя занять, чтобы совсем не расклеиться.

– Так Дерек его знал? – спросила Энн.

– О да, – ответил Майкл.