Жар

все, что он сделал, чтобы тебе помочь, будет бесполезным. Если ты не останешься здесь ради меня... то сделай это хотя бы ради Майкла», - сказав это, Деймон спрыгнул с балкона на траву под террасой.

Алисия ахнула и подбежала к каменным перилам посмотреть, как он совершает это слепое падение. Глаза ее округлились от удивления, руки крепко сжали камень, - в тот момент она поняла, что его падение не было таким уже слепым. Его руки взметнулись вверх, и выглядело это так, будто он хватается за окружавшие его тени, притягивая их к себе.

.. а затем он просто исчез, не успев приземлиться.

Алисия рыскала глазами в темноте, готовая пойти за ним, как только увидит, но ничего не происходило... не было даже звука шагов. Она сожалела о боли, которую он чувствует из-за нее.

Она обхватила себя руками, внезапно почувствовав страшное одиночество. Она не была к этому готова, и всей душой желала, чтобы он не уходил. Ей нужно было сказать, что она сожалеет... она хотела сказать спасибо и влепить ему за то, что он не сказал о своих ранах.

Куда он ушел? Что вампиры делают, если им больно?

Он хотел, чтобы она осталась и сделала то, о чем просил Майкл. Вздохнув, она решила подчиниться, хотя бы в это раз... но она делала это не ради Майкла.

Отвернувшись от перил, Алисия вернулась в свою комнату и села на кровать. Несколько секунд она пристально смотрела на телефон, раздумывая, что ей делать, если он зазвонит. Отвечать на звонок? А что, если это не Майкл? Что, если кто-нибудь типа Уоррена или Куинна позвонит Майклу, а она поднимет трубку?

Деймон был прав.

.. ради них обоих она была обязана по крайней мере подождать до утра, прежде чем принимать какие-либо решение или совершать что-то необдуманное. Она вспомнила, что Майкл как отрезал, когда попросил Деймона отвезти ее домой. Никто не хотел, чтобы этим она была там сегодня вечером, кроме, пожалуй, Деймона... и за это ей стоило его поблагодарить.

Чтобы хоть как-то ускорить время, она поднялась и переоделась в тонкую ночную рубашку. Откинув одеяло, она улеглась и попыталась заснуть.

Вскоре стало слишком жарко, хотя она оставила балконные двери открытыми, чтобы впустить прохладный ветерок. Почти час она ворочалась с боку на бок и наконец подняла руку, чтобы вытереть пот со лба.

Ее кожа пылала, и она сбросила одеяло, чтобы немного охладиться. Не понимая, в чем дело, она начала сворачивать одеяло, пока оно не стало похожим на длинную подушку для тела, затем перекатилась на бок, обняла ее и закинула одну ногу наверх.