Жар-Птица. Былина

Предрассветную тишину нарушало только их разгорячённое дыхание да шелест песка под ногами.

– Нас нескоро хватятся, – крикнул через плечо Солод, бежавший во главе отряда. – Если повезёт, то и до утра никто не заметит.

– Какого Пекла там произошло? – всхлипнул запыхавшийся Мьоль. – Вы заранее задумали провернуть всё это? Почему не сказали нам!

Заид покосился на него и прогремел:

– Знай ты об этом сразу, то у нас ничего не выгорело бы.

– С чего это? Ты во мне сомневаешься?

– Он говорит про то, – хмыкнула Кейт, перепрыгнув через песочную насыпь, – что из тебя такой же актёр, какой и мудрец.

– Это какой же? – ухмыльнулся Мьоль, приготовившись услышать похвальбу.

– Хреновый!

Оставшуюся часть пути до руин города северянин брёл, проглотив язык, поочерёдно бросая недовольные взгляды на спутников.

Спустя неделю, пройдя вдоль хребта Серых гор и преодолев скалистый перевал, бригада «Жар-птица» спустилась в зелёную долину Родии. Сочные весенние краски ласкали глаза, уставшие от бесконечного созерцания пустынных пейзажей.

Ночь провели среди холмов, в кои-то веки без опаски разведя костёр. Кейт умудрилась подстрелить упитанного лугового зайца, большую часть которого съел вечно голодный Мьоль. Солод и Заид перекидывались в кости почти до рассвета. На кону стояла бутылочка горючей жидкости, снятой с трупа Стервятника, а ещё половина будущей выручки. Оплата, между прочим, обещала быть солидной! Но получить того, что получили, прибыв утром в торговый городок близ крепости Климск, они никак не ожидали.

Купец Карасий встретил их с распростёртыми объятиями. Он сидел на беседке у своего терема, перебирая торговые сметы, когда бригада заявилась к его двору. Стянув с седой головы шапку и утерев ею же испарину со лба, он ошарашенно подскочил, едва не опрокинув стол. Спрыгнув с лестницы, он подбежал к четвёрке наёмников и принялся по очереди жать каждому из них руку.

– Ну же! – причитал он дрожащим от волнения голосом. – Ну же! Как прошло? Друзья мои, не тяните, прошу вас! Донька моя совсем захирела от отчаянья и тоски, всю плешь мне проела: «Хочу перо, говорит, хочу перо!». Удалось ли вам, друзья мои?

– Успокойся, отец, – положил ему на плечо ладонь Солод. – Ты нам и слова вставить не даёшь. Разве так встречают гостей? Ни кваса не предложил, ни снеди какой усталым путникам.

– Ох! – хлопнул себя по лбу купец.