Фантом. Последние штрихи

 – Как это слово в устах четырехлетнего ребенка может звучать так твердо?

– Мы же рады, что мамочка поехала к врачу и скоро поправится?

– Я хочу…

– Мне хочется лечь спать здесь с тобой, Нед. Хорошо? Можно? Потом мы проснемся и утром поедем к мамочке. Ладно? Можно мне лечь спать здесь с тобой?

– Хорошо, – наконец ответил Нед.

– Здорово. А теперь обними меня крепко-крепко.

Нед обнял Майкла за шею, но его руки очень ослабли. Майкл укутал себя и сына одеялом и прижался к мальчику. Свет за окном был серым, и он задумался, сколько времени прошло.

Казалось, миновали часы с тех пор, как он увидел Линду на полу, но вполне вероятно, на самом деле пролетели минуты. Наполнявшие сознание образы были слишком яркими, надо было поскорее прогнать их сном, если получится.

Нед крепко прижался к нему – хороший знак. Майклу невыносимо было думать о том, что видел мальчик. И Линда, дорогая Линда… Что, черт возьми, с ней произошло? Да, у нее астма, но у нее никогда не было приступа, даже отдаленно напоминающего этот.

Что его вызвало? Она пользовалась ингалятором три или четыре раза в день, в особенно сухую погоду немного чаще, но это все.

А теперь случилось это. Она билась в истерике и бредила. Словно обезумела, дралась, орала. Парамедики наверняка решили, что она принимает наркотики, а не только лекарство из ингалятора. С болью он вспоминал, как они посмотрели на Линду, когда ее ночная рубашка задралась выше бедер. И как они смотрели на Майкла, словно это он виноват в том, что произошло.

Майкл глубоко вздохнул. С мальчиком все хорошо. Что бы он ни видел, теперь он крепко обнимал отца и размеренно дышал во сне. «Когда взойдет солнце, это все покажется ему дурным сном», – подумал Майкл. Дети отличаются крепостью духа.

Линда должна поправиться. «В Вашингтоне у нас только дела пошли в гору. И наша совместная жизнь только начинается, – думал он, – так что она просто обязана пойти на поправку. И еще Нед. Пусть произошедшее не травмирует его, не оставит шрамов на его душе.

Пусть…» Майкл заснул.

Нед находился в полудреме, но сознание еще не совсем покинуло его. В объятьях отца он чувствовал себя в безопасности. Одно из правил заключалось в том, что, если ты с одним из родителей или с обоими, с тобой ничего не произойдет. Как ему хотелось спать с ними каждую ночь, но они не разрешали. Нед не мог понять, почему. Словно им хотелось накликать беду.

Он был не в состоянии думать о том, что произошло этой ночью. Слишком устал и ослаб.