Человек из Скотланд-Ярда

Дверь бара была открыта, и через нее Нэрком мельком увидел сутулого, бойкого старика, суетящегося у столиков, заполняющего спичечные коробки, вытирающего пепельницы и осторожно складывающего помятые газеты, которые лежали на центральном столе. О том, что он не владелец, а просто официант, свидетельствовали полотенце на руке, старый потертый пиджак и мешковатые брюки, наряду с выполняемой им работой.

«Бедный дедуля! Работать в его-то возрасте!» – сказал себе Нэрком, отметив бледное, печальное, изъеденное временем лицо и тщедушное тело; затем, тронутый чувством острой жалости, он вошел в комнату и мягко заговорил со стариком:

– Чай на двоих, дедушка, если справишься, – сказал он, швырнув старику шиллинг.

 – И сообщи домовладелице, что я хотел бы забронировать этот зал эксклюзивно на час или два, чтобы она могла списать убытки с моего счета, если ей придется отказать другим клиентам.

– Спасибо, сэр. Я займусь этим прямо сейчас, сэр, – ответил старик, положив в карман монету. Он отошел, шаркая, чтобы отдать необходимые распоряжения.

Через минуту он снова вернулся, разложив скатерть и накрыв посуду, в то время как Нэрком ожидал, вышагивая по комнате и рассматривая старинные литографии и ящики с чучелами рыб, которые висели на стенах, обшитых дубовыми панелями.

Было около четверти пятого, когда старик принес чайный поднос и поставил его на стойку; и, несмотря на то, что это место ему не нравилось, Нэрком не мог не отметить быстроты обслуживания и привлекательного качества поданных яств.

– Вы можете идти, – сказал он официанту, когда пожилой человек наконец низко поклонился и объявил, что все готово. Затем, через мгновение обернувшись, он обнаружил, что тот все еще стоит на месте и ждет распоряжений. Тогда суперинтендант добавил: – Говорю вам, вы свободны! – повторил он резко. – Нет, не снимайте чехол с чайника, оставьте все как есть. Джентльмен, которого я ожидаю, не прибыл еще, но будет тут с минуты на минуту и… Послушайте! Вы сможете убрать чехол, когда я скажу, и оставить меня и этого джентльмена наедине? Что?.

.

Ехидный смешок официанта напоминал шелест гравия.

– А то, что побережье совершенно пустынно, и за тобой не следят, дорогой друг, – прозвучал голос – голос Клика – в ответ. – Присядем? Я голоден.

И когда Нэрком развернулся на каблуках – с уверенностью, что никто не входил в комнату с тех пор, как дверь была закрыта, – чехол был снят с чайника рукой, которая больше не дрожала.