Какого цвета убийство?

– Его семья ничего не знает ни о каких угрозах? – спросил он.

Хельмарк и Нина одновременно покачали головами.

– У нас есть компьютеры Юнггрена, – сказал комиссар, – так что в конце концов мы до всего доберемся. Но, как я уже сказал, хотелось бы сэкономить время.

– Ну хорошо.

Нюберг взял со стола тоненькую папку. Посмотрел на нее с отвращением, словно не знал, как с ней поступить, и протянул Хельмарку.

– Клаэс доверил мне вот это. Но мне мало что известно.

Внутри лежали четыре отпечатанных на принтере письма, все адресованы Клаэсу Юнггрену.

Пробежав глазами по текстам, комиссар резко вдохнул.

– Так-так.

– Я пытался посоветовать ему стратегию, – проговорил адвокат и развел руками. – Здесь довольно сложно выбрать верный путь. Но я пытался.

– Ну и что, помогли ему ваши советы?

Габриэль Хельмарк сердито поднялся и большими шагами вышел из элегантного офиса. Все юристы – скользкие гады. Посоветовать он пытался.

Нина, извинившись, поспешила за шефом, оставив Нюберга в недоумении.

* * *

– Откуда ты узнала, что Юнггрен общался с этим клоуном? – спросил Хельмарк в лифте по пути вниз.

– Алекс Кинг подсказал, – ответила она и заглянула в папку. – Я решила опросить его еще раз, вдруг что вспомнит.

Все четыре письма Нина прочла со все возрастающим любопытством. Краткие, четко сформулированные, не оставлявшие места для разных толкований. В первом говорилось, что Клаэс Юнггрен избран среди целого ряда кандидатов и ему предлагается заплатить двадцать пять миллионов крон за личную защиту.

Деньги необходимо предоставить в течение двух месяцев. Шантажисты с пониманием отнеслись – тут она сделала паузу: да, там действительно было написано «с пониманием» – к тому, что ему необходимо подумать, а также раздобыть требуемую сумму. Далее – инструкции о том, что средства следует переслать на банковский счет на Антильских островах.

«А потом ищи-свищи их: никаких транзакций не отследишь», – подумала она.

– Тот самый консультант? Зачем ты с ним общаешься? Одни неприятности от этих болтунов.

Только мозги запудрит.

Оторвавшись от писем, Нина рассеянно кивнула. Раздраженный шеф взрывоопасен, обращаться стоит деликатно.

– Он своеобразный. Не похож на шарлатана. Но зато знал, с кем вел дела Юнггрен, чем очень нам помог, верно?

Хельмарк пробурчал что-то нечленораздельное. «Своеобразный»? Почему она так сказала?

Во втором письме с сожалением констатировался факт, что шантажисты не получили от Юнггрена должного ответа.