Помоги мне, даже если я против!

Не сработала подушка безопасности.

– Но Романовский крупный бизнесмен. Вряд ли у него были дешевые автомобили, а в таких всегда куча электроники и подушек безопасности.

– Верно, подмечено. Это было странно и стало главной причиной того что Макар потребовал тщательного расследования.

– И почему же ему было отказано?

– Вся эта авария была обычной только с первого взгляда. На самом деле в ней было много всего такого, что меня настораживало и позволяло согласиться с Романовским. Авария была подстроена.

Сперва я согласился заняться этим делом, но одно обстоятельство меня остановило. Как только я отправил все на экспертизу, мне позвонили и сказали, что если я хочу без проблем встретить старость, то должен прекратить дело. Одним словом я струсил. Непростительно для полицейского.

– Хотеть жить – не трусость, – возразила Лия.

– Вам не понять. Всю жизнь я занимался тем, что помогал людям, а тут… Эх. Романовский очень просил меня уговаривал, но я отказался. Тянул время пока не ушел на пенсию.

Я считаю себя виноватым перед ним.

– Не вините себя. На самом деле это должен делать тот, кто угрожал вам.

– Возможно. Но и я тоже. И Стас. Хотя тому, скорее всего, предложили деньги. Вскоре, буквально через месяц после моего ухода, он неожиданно купил квартиру в центре. На зарплату полицейского такое сделать работа всего пару месяцев не реально. Вы пейте чай, а то остынет.

– Спасибо, а то я про него совсем забыла, – она сделала глоток. – Что было дальше?

– Нечего.

Больше я о Романовском не слышал.

– Вы что-то говорили о причинах считать аварию подстроенной. Каковы они?

– Романовский крупный бизнесмен а, как известно у всех них есть враги. Так вот у Макара их было очень много. Но не это самое интересное. То что я скажу вы не найдете в деле.

Лия заерзала на стуле от нетерпения.

– Что же это?

Федор Степанович напрягся, вздохнул и произнес то, что повергло ее в шок.

– В машине жены после тушения огня был обнаружен не один труп, а два.

Первый был Светланин, а второй… второй Романовского.

Лия потеряла дар речи и подумала, что старик бредит. Ведь она своими глазами видела Макара. Даже целовалась с ним. Только вот лица его не видела, но на фотографии сделанной после аварии точно был он.

– Федор Степанович вы уверены? Не на счет трупа, а на счет Романовского. Он же был в другой машине.

– Экспертиза показала, что это был он Лия. И это не объяснимо.