Жена – кукла вуду

 – предложил Артем. – Обе жертвы из их детдома, и первые жертвы тоже оттуда.

– Думаешь, ниточка тянется… – начал было я, но тут сообразил, что негоже сержанту-новичку диктовать какие шаги следует предпринимать подполковнику, и хмуро добавил. – Сам разберусь. Завтра по утру и отправлюсь.

Домой я пришел уставший и недовольный. Ни на работе, ни дома дела не вязались. Женька все еще спал в своей комнате, съежившись в комочек и постанывая. Я накрыл его одеялом, распахнул окно, чтобы вечерняя прохлада выветрила наркотические пары, а сам попытался заснуть, но сон не шел.

– Отправляемся немедленно. – сказал я водителю, втискиваясь в салон новенькой иномарки. – И давно нам подогнали такую красавицу?

– Вы о машинке? – молодой паренек, на вид не более двадцати с небольшим лет, надавил на газ и весело разоткровенничался. – Да вот только дня два назад. Вашему, – он осекся, – вернее, нашему, отделению выписали за заслуги перед отечеством! – он гоготнул и прибавил скорость.

– Ты, это, не гони, давай! – предостерегающие заявил я. – Мне еще работать надо. Некогда по больницам шастать.

– Да вы не переживайте так, я профессионал своего дела.

– Когда ж ты профессионалом-то успел стать? – я недоверчиво покосился на парня. – Вон, еще молоко на губах не обсохло, а туда же – профессионал!

– Да я только недавно вернулся! От туда! – он неопределенно мотнул головой.

– Сколько же тебе лет? На вид молоденький совсем!

– Через месяц тридцатник стукнет! – парень наигранно скромно почесал нос. – Нет, серьезно! Не вру! Просто у меня и мать и отец хорошо выглядят. Молодо. Вот и я в них пошел.

– Как звать-то тебя, герой?

– Кирилл!

– Ладно, Кирилл, гляди на дорогу, темень – глаз коли. А дороги у нас как обычно – не очень! А в районе – и того хуже.

Остальную часть пути мы проехали молча, что дало мне время собраться с мыслями и сосредоточиться. Мне предстоял трудный разговор с родственниками жертв, которых удалось опознать, разбор полетов с работниками местного отделения, ну и посещение морга, где все еще хранились изуродованные тела погибших девушек.

На удивление дорога была идеально гладкая – ни ямки, ни бугорка.