Невеста. Часть 4

У моей дочки должен быть настоящий праздник.

– Полнолуние убьет его разум, – возразил Стужа тоже почему-то шепотом. – Он не оставил себе выбора. Без Калинки мой сын сойдет с ума. Его и так трясет, а ему еще три дня держаться.

– Ой, да ну вас всех в баню! Свадьбе быть в полнолуние! – подытожила Весна, глядя на счастливую Калинку. Да черт с ним, с этим столом. Шашлыком обойдутся. Ее дочь сияет, как звездочка в небе. – Онанизм отменяется!

– У-р-а-а-а-а! – синхронно завыли волки и даже некоторые медведи, поддерживая своих друзей.

– А я все думал, какого хрена моя команда беспрерывно прилетает в Клан Бурых Медведей и зависает у вас часами. Тут весело, как в дурдоме.

Из ниоткуда появился Аспид, напугав всех присутствующих. Каратель все это время стоял возле стены дома, подпирая ее плечом, и наблюдал за происходящим балаганом в режиме невидимости.

– Я сильнее Тумана! – заорал Зоран, трезвея на глазах. – Пусть этот трус выходит один на один и бьется со мной, как мужчина с мужчиной.

Аспид дал медведю еще немного поорать, а затем бестактно перебил его, когда уровень мата стал зашкаливать.

– А я сильнее тебя, Зоран! Бе-бе-бе, – передразнил каратель механическим голосом.

– Что это значит? – протрезвевший двуликий не знал, как реагировать на неадекватный выпад великана. Он что? Действительно дразнится или это игра воображения?

– Я объявляю Тумана и Калинку мужем и женой, – Аспид указал рукой в сторону влюбленных. – Новобрачные, пусть ваша лодка любви плывет по волнам жизни.

Повисла тишина. Никто не ожидал, что каратель выступит в роли работника ЗАГСА, да еще назовет их товарищами, как это любила делать Веста.

– Ну? Чего застыли? Жених, поцелуй невесту, пока она в обморок не упала, а ты, Зоран, если не согласен с моим решением, можешь оспорить его в бою.

– Больной урод! Вы все здесь больные ублюдки, – обезумевший от злобы Зоран бросился на черного великана, но не успел сделать и пары шагов. Аспид молниеносно вскинул автомат и прицельным выстрелом снес медведя в сторону забора. Раздался грохот такой силы, что у всех присутствующих в ушах зазвенело.

Оборотни тут же вытянулись по струнке и перестали дышать. Чувство самосохранения визжало об опасности и приказывало не шевелиться, и не моргать.