Роковая ошибка

Я попыталась сфокусировать зрение, чтобы разглядеть этого человека. Это сложно, появляются лишь обрывки. Длинные волосы, тёмно-зеленые глаза, которые смотрят на меня с сочувствием.

– Катарина?

Меня снова накрывает темнотой.

Когда я просыпаюсь, то обнаруживаю, что нахожусь в палате. Язык ужасно вяжет, а горло дерёт от сухости. Я кладу руку на живот и вздрагиваю от боли. В том месте, где под кожей должен был находиться мой ребёнок, теперь находится повязка. Задрав тонкую больничную сорочку, я начала срывать повязку, чтобы увидеть, что там.

– Что это? Что со мной? Что это?– я задавала эти вопросы сама себе, находясь в каком-то бреду.

Датчики, которых я раньше не заметила, начали пищать. В палату ворвались медсёстры и врачи. Они что-то мне говорили, но я не слушала их. Они пытались помешать мне, но я лишь отталкивала их.

– Отойдите, оставьте её— я услышала властный голос брата и замерла. Если Эйдан был здесь, значит он всё знает.

– Её шов разошёлся, нам нужно наложить новый и…

– Пошли вон— сказал он громко. На этот раз его послушались и как только все вышли, мы остались с братом наедине.

– Что с моим ребёнком?– не было смысла юлить.

– Лиззи…– я никогда раньше не видела у моего брата такое выражение лица. Оно было полное сожаления.

– Нет…нет…– я снова сложила руки на животе— с ним всё хорошо. С моим ребёнком всё хорошо.

– Его нет, Лиззи.

– Это отец сделал? Он убил моего ребёнка?– мне стало трудно дышать.

– Отец не связан с этим. Лиззи, иногда такое случается— он сел на мою кровать и обнял меня. Вероятно, это было первым проявлением человечности от моего брата— тебе стало плохо в том отеле, нам повезло, что Катарина привезла тебя…

– Какой отель? Почему я была с Катариной?– я пыталась вспомнить, но вместо воспоминаний было белое пятно.

– Ты не помнишь?– я отрицательно покачала головой— что последнее ты помнишь?– закрыв глаза, я снова погрузилась в воспоминание, пытаясь вспомнить.

– Я готовилась к вечеринке…

(Двенадцать часов назад)

– Элизабет, к тебе доставка— Эйдан с самого утра был недоволен всем— почему я должен разбираться с этим дерьмом. Спускайся и реши все вопросы сама.

– Уже иду.

Надеюсь, у его терпения есть ещё придел, ведь сейчас я ещё больше испорчу ему настроение. Да простит меня Сьюзен за это.