Лавандовый латте для тебя

Открыв входную дверь, я вошла внутрь, громкий хлопок и резкое наступление темноты дали понять, что железная преграда закрылась и оставила меня в одиночестве. Скользя по ней, я опустилась на корточки и реки горячих, как пламя, слез текли по моим щекам.

Зачем он так со мной? Зачем играть, притворяться и вести себя, словно придурок? А зачем мне верить, что я могу изменить его суть и способна сделать его счастливым? А зачем я вообще что-то делаю? Я запуталась, люблю ли я тебя, Марк? Эти девичьи чувства, рождённые фантазией, правдивы ли они?

Я почему-то вспомнила, как Марк был влюблён в Юту, а она в свою очередь рассказывала мне каждую ночь перед «отбоем», как гуляла с нашим доктором, как он обнимал её, как они держались за руки и как первый раз поцеловались! Я, тринадцатилетняя, была так смущена, но каждый раз хотела услышать об их очередной прогулке.

На тот момент все их отношения были незаконными – доктор был старше девушки на 10 лет. Но никто об этом не знал, ведь Юта сбегала посреди ночи и возвращалась рано утром. Я тогда и подумать не могла, что они занимаются чем-то неприличным, в том возрасте я была не особо осведомлена.

Я помню. Она была похожа на меня, как будто я смотрелась в зеркало. Начинаю подозревать, что Марк общается со мной скорее всего из-за схожести с Ютой. Я всегда восхищалась этой девочкой. Как же ей удавалось влюблять в себя стольких парней? Вот мне 21, и только сейчас у меня появился кто-то, в кого я могу влюбиться. Но он сравнивает меня с бывшей мертвой девушкой.

Жизнь удалась на славу. Но действительно ли раньше я не влюблялась? От этих мыслей болит голова. Нет, не могу вспомнить.

Выпустив последний всхлип, я поднялась и побрела в кухню. Бросила пакеты на стол и просто стояла. Через минуты две ко мне вышла сонная Тори.

– Ну, где тебя… – зевая, она не успела закончить фразу, – Боже, что с тобой?! Какого чёрта у тебя столько пакетов и почему ты ревешь? Немедленно объясни.

Я с громким и протяжным «прости, я правда хотела персики», рыдая, ввалилась в её объятия.

– И ты ревешь только поэтому? Ну и что? Персики – это не страшно…Валетта! Шпроты?! Ты на что вообще деньги потратила? А зачем тебе гранатовый сок? Он же тяжеленный!

– Только в таких банках он настоящий, – я все еще всхлипывала.

Она устало рухнула на стул.

– Тебе 21 год, а ты все еще делаешь покупки, словно тебе 16 и ты, дабы подавить депрессию, ешь тонны шоколада.